Читаем Львы Эльдорадо полностью

Кубарем скатился я по лестнице и бросился к приемнику. Лампы горели, но эфир молчал. Через окно я видел небо, усеянное звездами; луна, должно быть, уже зашла. И

вдруг из динамика прозвучал голос, говоривший по-английски:

– Говорит ЮА, Вызывает Нью-Вашингтон! Говорит

ЮА. Вызывает Нью-Вашингтон!

Тишина. И опять:

– Говорит ЮА!

Звук был очень чистый. Видимо, передающая станция находилась где-то поблизости.

– Слушай! – снова сказала мне Мартина.

Я замер, затаив дыхание. Что-то тихо жужжало вдалеке.

– Неужели самолет?

Я подбежал к окну. Крохотный огонек медленно полз среди звезд. Метнувшись к аппарату, я начал лихорадочно крутить ручки настройки, пытаясь найти волну, на которой шла передача.

– ЮА, ЮА, кто вы? – кричал я в передатчик на ломаном английском языке. – Кто вы?

Наконец нужная волна найдена.

– ЮА, кто вы? Говорит Новая Франция!

Я услышал приглушенный возглас и ответ на великолепном французском языке:

– Говорит самолет ЮА. Где вы находитесь?

– Прямо под вами. Следите, я зажгу снаружи свет.

Теперь самолет кружился над нашими головами.

– Вижу ваши огни. Ночью сесть невозможно, мы прилетим потом. Сколько вас и кто вы?

– Около четырех тысяч, все французы. А вас?

– В самолете семь, в Нью-Вашингтоне – одиннадцать тысяч американцев, французов, канадцев и норвежцев.

Оставайтесь на той же волне. Мы будем вас вызывать.

– Давно вы в полете?

– Десять часов. Мы вылетали на разведку. Днем вернемся к вам, а сейчас идем на юг. Не вызывайте нас, но пусть все время кто-нибудь дежурит у приемника. Сейчас будем вызывать Нью-Вашингтон. Искренне рады, что мы здесь не одни. До скорого!

И голос снова перешел на позывные.

– Говорит ЮА!

Вскоре начался двусторонний разговор по-английски, который я плохо понимал. По-видимому, пилот сообщал о нас. Не в силах усидеть дома, мы бросились будить моего брата, Луи и Бреффора, которые жили все вместе метрах в ста от нас. Потом мы вытащили из постелей Мишеля, Менара, всех членов Совета и наконец переполошили весь город. Новость распространилась молниеносно. Я позвонил даже в Порт-Леон и, сообщив о самолете, приказал ускорить оборудование «Темерера» – «Смелого». Мы едва могли дождаться рассвета.

С утра жители Кобальт-Сити начали готовиться к встрече летчиков. Чтобы не ударить лицом в грязь, мы расчистили обширную площадку с твердой почвой и выложили белую стрелу, указывающую направление ветра.

Потом я вернулся к приемнику, у которого дежурила

Мартина.

– Ну что?

– Пока ничего.

– Не могло же нам это присниться!

Два часа прошло в томительном ожидании. Вокруг приемника собралась целая толпа. Мой рабочий стол, к которому даже Мартина не смела прикоснуться, бесцеремонно толкали, бумаги сдвинули, но мне было не до этого.

То же самое происходило и в мэрии, где был такой же приемник-передатчик. И вдруг:

– ЮА вызывает Новую Францию! ЮА вызывает Новую

Францию!

– Новая Франция слушает! Говорите! Прием!

– Мы летим над материком близ экватора. Два мотора отказали. Вернуться, по-видимому, не сможем. Связь с

Нью-Вашингтоном прервана. Слышим вас очень плохо. На тот случай, если мы погибнем, вот координаты

Нью-Вашингтона: 41 градус 32 минуты северной широты, 62 градуса 12 минут западной от вас долготы.

– Где вы находитесь сейчас?

– Примерно на восьмом градусе северной широты и двенадцатом от вас градусе долготы.

– У вас есть оружие?

– Да. Пулеметы на турели и ружья.

– Постарайтесь сесть. Мы вас найдем. Нам понадобится

(я сделал в уме быстрый подсчет) двадцать – двадцать пять дней, чтобы добраться до вас. У животных, похожих на слонов, мясо съедобное. Только не ешьте незнакомых фруктов.

– На строгом пайке нам хватит наших бортовых запасов на тридцать дней. Идем на посадку, третий мотор тоже сдает.

– Остерегайтесь гидр! Главное, не подпускайте их близко!

– Что такое гидры?

– Вроде летающих пиявок. Если увидите, сами догадаетесь. Стреляйте в них сразу!

– Ясно. Снижаемся на равнину между очень высокими горами и морем. До скорой…

Передача оборвалась. Сдерживая растущую тревогу, мы ждали. Где-то там, за шесть с лишним тысяч километров от нас, семеро смельчаков боролись со смертью. Мы прождали так целый час, и лишь тогда динамик снова заговорил:

– Посадка удалась. Самолет сильно поврежден, но мы все живы. К несчастью, нам пришлось вылить почти весь бензин, а наши аккумуляторы сильно разряжены. Поэтому будем передавать изредка только наши позывные, чтобы вы не теряли направление. Прием.

– Мы известим вас, когда тронемся в путь. Будем связываться с вами каждые сутки по земному времени. Сейчас

9 часов 37 минут. Мужайтесь! До встречи.

Я немедленно выехал в Порт-Леон, где «Темерер» был уже на плаву. В тот же день мы провели испытания. Это был маленький кораблик длиной сорок восемь метров при ширине пять, грузоподъемностью всего около ста сорока тонн. Два мощных дизеля с демонтированного завода сообщали ему скорость до двадцати пяти узлов. При средней скорости двенадцать узлов он мог проплыть без заправки более десяти тысяч миль. Учитывая наши скромные возможности, это был настоящий шедевр кораблестроения!