Читаем Лувр полностью

Латур всегда любил выразительность локального цвета. Примером этого является полотно «Мария Магдалина». Художник изобразил женщину, погруженную в нерадостные мысли, задумавшуюся о смысле жизни. Она сидит, положив руку на череп. На непроницаемо черном фоне полыхает ее красная юбка и ярким пятном выделяется белая кофта.

Л. Ленен. Крестьянская трапеза

Крупнейшим французским живописцем XVII столетия по праву считается Никола Пуссен. Количество его произведений в Лувре огромно; коллекция Людовика XIV насчитывала тридцать одно полотно мастера, а с тех пор коллекция музея существенно пополнилась.

К раннему периоду творчества художника относится композиция «Вдохновение поэта», где особенно сильно ощущаются истоки творчества Пуссена. Формы напоминают о пластике античных скульптур и гибкости рафаэлевского рисунка. В центре сидит величавый Аполлон, который напутствует поэта, по всей видимости Вергилия. За Аполлоном стоит муза эпической поэзии Каллиопа. По ее гибкой фигуре струятся складки золотистых и белых одеяний, перехваченных голубой лентой. Золотистые блики лежат на волосах и прекрасных обнаженных руках. У ног Каллиопы расположился резвый кудрявый амур с лавровым венком в руке. Другой амур кружится над Вергилием, готовый по первому знаку божества возложить венок на голову поэта. Сам поэт молод и привлекателен. Его лицо вдохновенно и полно ожидания. Это полотно никого не оставляет равнодушным – настолько оно свежо и искренне.

Ж. де Латур. Мария Магдалина

Н. Пуссен. Автопортрет

Пуссен говорил: «Произведения, наделенные совершенством, не должны рассматриваться торопливо, но в течение продолжительного срока, рассудительно и разумно; нужно применять те же средства, чтобы о них судить, как и для того, чтобы их создавать». Таково все творчество Пуссена. Его работы не способны поразить зрителя немедленно; в мир их образов следует входить постепенно, и только тогда сможешь оценить их композиционное совершенство, пластичность рисунка, красоту образов, героических или глубоко лиричных.

С течением времени мастер начинает задумываться о бренности человеческого существования. Вот аркадские пастухи замерли перед надгробием. Еще мгновение назад они были так беззаботны и веселы, но сейчас смутная тревога закралась в их души: они читают надпись на гробнице: «И я жил в Аркадии». Однако мысль о смерти не должна вызывать уныние, лучше всего относиться к этому неизбежному факту спокойно и достойно, как женщина справа – она является центром всей композиции. В одно время с «Аркадскими пастухами» было создано полотно «Пейзаж с Орфеем и Эвридикой». Здесь изображение природы не является конкретным; это скорее представление художника об идеально-прекрасном. Все спокойно: и горы, и раскидистые деревья, и люди. Только небо, по которому плывут темные мрачные тучи, предвещает близкую трагедию.

Н. Пуссен. Вдохновение поэта

Наряду с полотнами Пуссена, Большую галерею украшают холсты Клода Лоррена, мастера лирического пейзажа, и Филиппа Шампеня.

Шампень прославился как блестящий портретист. Один из выдающихся образцов его творчества – «Портрет кардинала Ришелье». Кардинал неторопливо движется, глядя на невидимого собеседника. Складки его пурпурной мантии расходятся книзу и придают устойчивость фигуре. Голова Ришелье маленькая, но очень выразительная. Шампень убедительно показывает волевого, целеустремленного человека. Здесь нет торжественной атрибутики, характерной для парадного портрета; главное для художника – не показное величие, а истинное чувство собственного достоинства.

В конце Большой галереи размещен портрет Людовика XIV. Каждая деталь здесь поистине роскошна: мантия, подбитая горностаем, богатые драпировки, скатерть с золотыми королевскими лилиями, высоко взбитый парик, тончайшее кружевное жабо, туфли с бантами на высоких каблуках. Так возникает перед посетителем Король-Солнце, изображенный талантливым Гиацинтом Риго.

Французская культура XVIII столетия кажется сотканной из противоречий: здесь и легкомысленное рококо, и суровый реализм, и строгий классицизм.

Один из замечательных представителей французской культуры, Антуан Ватто, представлен в Лувре такими полотнами, как «Отправление на остров Цитеры» и «Жиль».

А. Ватто. Отправление на остров Цитеры

В «Отправлении на остров Цитеры» Ватто рисует пленительную картину. Влюбленные пары медленно идут друг за другом, направляясь к лодкам, которые увезут их на остров Цитеры, остров вечной любви. Он виден издали, окутанный золотистой дымкой. Листва деревьев гармонично перекликается с оранжево-желтыми, нежно-зелеными и розовыми костюмами. Все настолько трепетно и неуловимо, что скорее напоминает мечту, воплощенную на холсте.