Читаем Лунный бог полностью

По другой версии, Гера накормила грудью маленького Геракла, обманным путем подложенного ей Зевсом. Когда она заметила обман, то в гневе оттолкнула младенца от груди. От резкого движения молоко выплеснулось изо рта Геракла и разлилось по небу. Из капель, которые при этом попали на землю, выросли белые лилии. По другому варианту, младенец так жадно сосал грудь богини, что Гера, испытывая боль, вырвала сосок у него изо рта, и молоко испуганной богини разлилось по небу. Есть и такая версия: жадно сосущий младенец набрал в рот столько молока, что часть его пролил на небо.

У древних греков было множество вариантов легенды о Млечном Пути. При этом изменялись имена богов и постепенно исчезал первоначальный мотив рождающего и кормящего дерева. Греческие и римские авторы первых веков нашей эры знали, по-видимому, только, что Млечный Путь получил свое название потому, что спускающиеся с неба на землю души вскармливаются молоком, и потому еще, что Млечный Путь выделяется на ночном небе молочным светом.

Они, очевидно, забывали, что многие священные деревья, например смоковница, испускают молочный сок. Они уже не могли бы объяснить ни назначения так называемых молочных камней, которые до наших дней носят на шее жительницы Крита, пока кормят грудью младенцев, ни якутский эпос о Белом юноше: «Когда он увидел дневной свет, то подошел к дереву жизни и сказал: „Высокочтимая великая владычица, богиня моего дерева и моего жилища, все живое живет вдвоем, а я — один, и я хочу отправиться в путь, чтобы отыскать себе подходящую жену. Не откажи и дай мне свое благословение. Я, склонив, голову, на коленях смиренно молю тебя“. Тут листва на дереве начала шуметь, а дождь, белый как молоко, стал капать на Белого юношу, повеяло теплым ветром, дерево заскрипело, и из его корней выступила женщина зрелого возраста со строгим взором. Волосы ее были распущены, грудь обнажена. Богиня предложила юноше выпить молоко из ее груди, и как только он вкусил этого молока, так сразу стал во сто раз сильнее. Богиня посулила юноше счастье и удачу и благословила его, чтобы ни вода, ни огонь, ни железо не вредили ему».

Еще менее доступен был бы античным философам смысл апокрифических слов Иисуса: «Подними камень — и ты найдешь меня. Расщепи дерево — и я там».

Новолуние

Представление о материнских функциях рождающего дерева или скалы само по себе уже содержит указание на время зачатия новой жизни — новолуние.

Со временем, когда уже стало понятным, что между зачатием и рождением человека проходит не три дня (как на небе), а девять месяцев, празднование дня зачатия лунного младенца, рожденного деревом, было отнесено на весну или на осень, чтобы девятью месяцами позже, ко времени летнего или зимнего солнцестояния, из дерева или скалы явился новорожденный. Так нынешний мир празднует рождество Христово во время зимнего солнцестояния, а зачатие (благовещение), смерть и воскресение — в начале весны.

У народов, населявших Двуречье, новолуние, когда луна не видна, считалось днем траура, в который потусторонний мир проявляет свою власть. Во время празднования Нового года в Вавилоне царь в качестве заместителя небесного божества отправлялся на три дня в подземное святилище, дом празднеств, там вступал в борьбу со злыми духами и в конце концов побеждал их. Страдания и триумф царя-божества изображались, очевидно, в пантомиме на праздничных церемониях. Первое появление молодого месяца вызывало большую радость и отмечалось торжественными процессиями.

Новолуние было также днем помазания. У греческого комедиографа Аристофана говорится:

В Палестине новолуние, когда луна не видна, отмечалось до вечера третьего дня. На это время в дни царствования царя Саула запрещались половые сношения. Давид говорит, что женщины на три дня запрещены. Пророк Осия заявляет, что новый месяц поест грешников^[293], видимо тех, которые не соблюдали закон о воздержании.

В некоторых странах во время новолуния в подражание тому, что происходило на небе, повсеместно гасили огни очагов. Когда на третий вечер на небе появлялся молодой лунный серп, возжигали новый огонь. В эти дни запрещалось варить пищу и есть вареное. Одним словом, на дни новолуния в течение тысячелетий было наложено суровое табу.

В этом заключался и противоречивый смысл культа, отмечавшего одновременно и день воздержания, и день творения, день созидательной любви, вообще день любого начинания.

Известно, что фундаменты двух храмов в Иерусалиме были заложены именно в день новолуния^[294].