Читаем Лунные танцоры (СИ) полностью

Данила же, получив разрешение от Элронда, обстоятельно и педантично обошел дом, заглядывая во все незанятые помещения, пока не остановил свой выбор на одной из внешних комнат с балконом-террасой, как и все, имеющей собственный выход в сад. Она привлекла внимание Данилки внутренней своей планировкой, в ней была, прежде всего, спальня с гардеробной и личным кабинетом, и уже потом каменные залы с уютными купелями в небольшом гроте. Напоминаю, дом Элронда высечен в горе и многие помещения в нём расположены частично под открытым небом, и над головой имеются как потолок, так и отвесные скалы, круто улетающие ввысь. А то и дерево кой-где стоит-красуется, рябина там или клён, как в одной из гостиных, помните? По южной стене, кстати, вьется виноград, это я только что вспомнила.

Определившись со своим местопребыванием, Данила нашел Северуса и загрузил его неожиданной задачей, а именно, созданием стеклянных бутылок с соской. Ну, стекла и резины в пределах досягаемости не оказалось и не предвиделось, так что за аналог сошел хрусталь и запас воловьей кожи для сосок. Сыромятина, слава богу, нашлась, и Северус натрансфигурировал приличное количество насадок на бутылки. Кто знает, как быстро котята сгрызут кожаные соски, так что их должно быть много…

Котята проснулись от звуков любимого голоса. Широко зевая и сонно моргая, они с кротким удивлением воззрились на папу, присевшего перед ними.

— Ну что, проголодались, княжичи? — весело спросил Данилка. — Смотрите, что мы для вас придумали! — и соску им в рот.

С сим предметом малыши быстро разобрались и вскоре вдохновенно чмокали, глотая бесперебойную струйку вкусного козьего молочка. Данила тихо и ласково посмеивался, держа бутылки — не каждый день человек становится счастливым папашей двух совершенно очаровательных малюток. А говорят — родителей не выбирают…

Данилка хоть и остался у Элронда, комнату для брата Лери всё же выделила, прекрасно зная, что он будет очень частым гостем. Или не гостем, но вторая жилплощадь ещё никому не мешала. Ну ладно. Так или иначе, а Гренковичи переехали, обустроились со всем возможным комфортом, обжились, подробно изучили-исходили свой дом, перестали путаться в помещениях и занялись наконец любимыми делами.

Михаэль засел за бумаги — надо было составить списки необходимых вещей и книг, которые могли пригодиться им в будущем. А Лери занялась Черным Красавчиком.

Переведенный из эльфийской конюшни на новую постоянную, конь внутренне затрепетал, гадая, чего ему ожидать от перемены места. Ведь совершенно очевидно, что его ждет работа, и остается надеяться, что она будет не трудной и ему по силам. Точно так же страшно заволновался и Келли, когда за ним пришла Лери, позвала в манеж и напомнила, чтобы он пришел со своей лошадкой.

Понимая исключительную важность момента, Элронд отложил все срочные дела, чтобы сопроводить сына и лично поприсутствовать при всех его первых начинаниях. Верба от треволнений вспотела, пока дошла до манежа, этого таинственного здания, о котором последнее время ходило столько волнующих слухов. Лери с Красавчиком встретила Келли с Элрондом у входа.

— Здравствуйте, Элронд, Келли. Прежде чем войдем, я хотела бы сказать следующее: нам с тобой повезло совпасть с новыми лошадьми. Мне предстоит изучить вот этого коня, а тебе надо наладить отношения со своей лошадкой, то есть, говоря прямо, нам нужно выяснить границы и возможности взаимоотношений с нашими скакунами и добиться обоюдного с ними согласия и взаимопонимания.

— А что для этого надо сделать? — спросил Келли, разгораясь энтузиазмом.

— А вот сейчас проверим кое-то и решим, — ответила Лери загадочной фразой. Подняла руки и поймала брошенный Догом мяч. Коротко пригласила: — Заходим!

С колотящимся сердцем Келли переступил порог, за ним шла не менее взволнованная Верба, затаив дыхание и скользя взглядом по легендарным сводам — о, как она мечтала войти в этот странный дом!

— Ну, Красавчик, постой пока тут, или поброди, полежи где-нибудь, — сделав напутствие коню и оставив его у стены, Лери отошла к Келли и Вербе. Улыбнулась и тихо сказала мальчику: — Смотри, сейчас я попрошу твою лошадку лечь. Как думаешь, она меня послушается?

Келли пожал плечами, с недоумением глядя, как Лери шуршит прутиком у ног кобылки. Шуршит и уговаривает:

— Ну ложись, ну приляг на песочек…

Верба фыркала, нюхала прутик, нюхала песок в том месте, где шебуршал кончик прутика, отдергивала ногу, если тот касался её копыта, и вежливо отклоняла просьбу.

— Ясно, — сказала Лери и обернулась к мальчику. — Келли, попроси её лечь.

Келли подошел и, полный сомнений, посмотрел на Вербу, потом на Лери, не понимая, к чему такое странное начинание. Лери подбодрила:

— Давай, Келли, попроси Вербу лечь, я должна понять степень доверия между вами. Ты с ней ещё не лежал на лугу?

— Нет, — совсем заробел Келли. — Мы с ней никогда не лежали на лугу. А что, так можно, да?

Лери кивнула, и Келли нерешительно обратился к лошадке.

— Верба, пожалуйста, ляг на песок…