– Ну, ты уже взрослая и можешь сама распоряжаться своим временем – при условии, что не будешь мешать мне спать. Предупреждай заранее, если будешь поздно возвращаться домой. Мне хотелось бы знать, что в три часа ночи в доме шумишь ты, а не грабители. – Точно такой же договор Шерон заключила с Эми, когда та достигла совершеннолетия. По большей части это было вызвано необходимостью. Эми была хорошим ребенком, а Шерон поняла, что у нее нет сил засиживаться допоздна только для того, чтобы ее контролировать. На самом деле иногда вернуться домой вовремя просто нет возможности. Когда Эми училась в колледже и жила дома, она часто уходила с работы в одиннадцать вечера. Если после этого они с коллегами заходили в круглосуточное кафе перекусить и поболтать, она спокойно могла вернуться домой в два или три часа ночи. – Тебя это устраивает?

– Конечно.

Они посидели еще немного. Ники ела, а Шерон разгадывала судоку. Когда Ники доела, она взяла тарелку Шерон, поставила ее в свою, а потом сполоснула обе в раковине и поставила их в посудомоечную машину.

– Итак, – почти небрежно сказала она, – сколько я должна буду платить вам за жилье?

Вместо того чтобы ответить на вопрос, Шерон сказала:

– Эми говорит, что ты копишь на машину и собственное жилье.

– Такой план. Хотя я делаю это уже целую вечность. Когда я вышла из-под опеки, мы снимали квартиру со знакомыми. Это было не сильно накладно и не нужно было платить залог. Я просто заехала и платила каждый месяц. – Она пересекла комнату и села за стол напротив Шерон. – Если я буду снимать квартиру сама, мне придется платить намного больше. Я не против делить с кем-то комнату или ездить на автобусе, но даже с учетом этого мне придется внести плату за первый месяц или половину этой суммы, если я буду снимать квартиру с кем-то. И потом еще же есть залог, мебель, кухонная утварь, – она повела рукой в сторону кухонных шкафов.

– Это много, – с добротой в голосе сказала Шерон. Она вспомнила то время, когда сама была молода и только начинала жить самостоятельно. Тогда ее родители продали ей за бесценок одну из своих старых машин. По сути, отдали ее даром. Родственники, у которых была ненужная мебель и домашняя утварь, тоже внесли свой вклад, а остальное она купила в комиссионных магазинах и на распродажах. Потом она покупала вещи по мере необходимости, а еще позже даже те вещи, которые были ей не нужны. Делала импульсивные покупки. Она с сожалением вспомнила о хлебопечке, которой пользовалась всего несколько раз, и соковыжималке, которой когда-то поклялась пользоваться регулярно. От хлебопечки она без зазрения совести избавилась, но расстаться с соковыжималкой почему-то не смогла. Впрочем, это всего лишь вопрос времени. Оглядываясь назад, она поняла, что потратила первую половину жизни на приобретение вещей, а теперь тратит вторую половину на то, чтобы от них избавиться.

Ники кивнула:

– Вы правы. Это много.

Шерон приняла решение.

– Давай пока не будем думать об арендной плате. Можешь жить бесплатно. Ты – моя гостья, и я дам тебе знать, если что-то поменяется.

– Погодите. – Ники, казалось, была сбита с толку. – Но вы же должны что-то с меня брать. Я не могу просто так жить здесь и ничего не платить.

– Можешь, если я так скажу. Это мой дом, и я могу делать здесь все, что захочу, – сказала Шерон. – Пока ты работаешь над достижением своей цели, я не против, чтобы ты жила здесь бесплатно. Если ты начнешь спускать деньги на всякие глупости вроде азартных игр или наркотиков, я вернусь к этому вопросу.

Ники нахмурилась:

– Я не принимаю наркотики. Значит, вот что вы обо мне думаете?

Шерон наклонилась вперед и положила руку на стол.

За спиной Ники маленькая коричневая птичка приземлилась на кормушку, прикрепленную к стеклу на присоску.

– Нет, Ники, я не думаю, что ты принимаешь наркотики. Но я тебя не знаю, а ты не знаешь меня, так что я говорю это на всякий случай. Я не хочу жить с наркоманкой или запойной алкоголичкой. Это не личное – просто мои принципы. Да и к тому же ты ведь совсем не знаешь меня. А вдруг я наркоманка? Нам обеим известно только одно – за нас поручилась Эми. Мне кажется, это значит, что с нами все в порядке.

Ники оглядела комнату.

– Вы совершенно точно не наркоманка.

– Ты говоришь очень уверенно.

– Я могу сказать наверняка, – твердо сказала она. – У вас ясные здоровые глаза, чистый дом, вы уже проснулись и готовы к новому дню.

– Я стараюсь идти в ногу со временем. – В голосе Шерон появились нотки гордости. – И все же, к твоему сведению, это может быть маской. У меня может быть тайная жизнь.

– Нет. – Ники покачала головой. Серебряные серьги закачались у нее в ушах. – Вы точно не наркоманка. Я много их повидала. Я бы сразу поняла.

Глава 7

Торговый центр располагался в трех километрах от дома Шерон. Когда Ники заявила, что пойдет туда пешком, Шерон сказала:

– Не говори глупостей. Сегодня слишком холодно. Я могу тебя отвезти.

Ники поерзала на стуле, словно оценивая оба варианта.

– Вы уверены? – наконец сказала она.