Читаем Луна доктора Фауста полностью

- Слушаю, ваша милость. Сегодня же набьем им колодки.

Его люди, за которыми увязался и Себальос, обшарили близлежащие деревни, и вскоре невольники уже сидели в деревянных клетках на церковной площади. Мурга с гордостью показал Спире добычу:

- Почти пятьсот человек! Женщин я поместил отдельно. Поглядите-ка вон на ту, видите, как хороша? В Санто-Доминго за нее отвалят не меньше пятнадцати золотых. Кажется, это дочь вождя. Видите - она вам улыбается, плутовка!

Однако захват мирных индейцев не прошел даром: возмущенные жители Коро собрались на площади.

- Это приведет к войне,- говорил Хуан де Вильегас.- Индейцы справедливо почтут себя обманутыми.

- Это нарушение договора! - вторил ему Дамиан де Барриос.

Какой-то всадник галопом влетел на площадь. Это был хирург Диего де Монтес.

- Губернатор-то полез в воду, не зная броду! - закричал он.- Следом за мной спешит епископ Родриго де Бастидас, уподобившийся льву рыкающему. Он обуян праведным гневом.

- Епископ? - разом спросили Вильегас и Барриос.- Когда же это он вернулся из Санто-Доминго?

- Как раз в ту минуту, когда я появился в гавани. Не успел он сойти на берег, как ему рассказали о случившемся.

- И что он?..

- А он сказал: "Проклятый тевтон узнает, чего стоит кастилец!"

Диего де Монтеса окружили и стали расспрашивать, но громкий стук копыт оповестил горожан, что епископ Родриго де Бастидас въезжает в Коро. Прелат был в полном облачении, но с мечом на боку.

- Кто позволил совершить эту гнусность? - громовым голосом воскликнул он, увидев клетки.- Немедля выпустить несчастных!

Санчо де Мурга колебался, и тогда епископ, на удивление проворно при своей тучности скатившись с седла, ринулся на него:

- Сию минуту открыть клетки!

- Ваше преосвященство,- залепетал тот,- я выполнял приказ губернатора...

- Плевать я хотел на твоего губернатора! Открывай, не то пожалеешь, что родился на свет!

Мурга повел в его сторону вытаращенными глазами, а потом, не выказывая ни удивления, ни ужаса, не слушая яростных криков епископа, бросился бежать к домику Спиры.

- Мерзопакостная тварь! - заревел ему вслед епископ и приказал своим людям: - Разнесите эти клетки в щепы!

Две клетки были уже разломаны, когда на месте происшествия появился губернатор в сопровождении Мурги.

- Ваше преосвященство,- начал Спира, опускаясь на колени с намерением поцеловать у епископа руку,- прошу вас принять во внимание...

- Задницу твою немытую я приму во внимание! - еще громче завопил тот, отдергивая руку.- Как ты смел пренебречь волей императора, который запретил трогать это племя?!

- Не забывайтесь, ваше преосвященство,- надменно напомнил Спира.- Я губернатор.

- Сейчас станешь трупом губернатора!

Спира опустил глаза. Мельхиор Грубель шепнул ему на ухо по-немецки:

- Будьте благоразумны. Одно слово этого горлодера - и ваши же люди поднимут на вас оружие.

Спира сдержал себя.

- Здесь какое-то недоразумение,- учтиво начал он.

- Никакого тут нет недоразумения! - гаркнул епископ.- Люди племени какетио свободны, и никто не смеет обратить их в рабство!

Спира стерпел и это.

- Хорошо, ваше преосвященство, будь по-вашему. Санчо! Отомкни клетки! Такой пустяк не должен стать причиной раздора между губернатором и епископом. Я напишу государю.

- Это я ему напишу, и немедленно! Я, а не ты! И знай, что не успокоюсь, пока тебя не прогонят с должности!

Окинув его уничтожающим взглядом, епископ направился к своему дому, а толпа горожан, провожая его восторженными кликами, повалила следом. Гуттен пришел к епископу, намереваясь помирить его с губернатором.

- Добро пожаловать, Филипп фон Гуттен! - встретил его Родриго де Бастидас, раскрыв объятья и улыбаясь так широко, что глаза его почти совершенно пропали среди пухлых щек.- Рад принимать у себя брата преосвященного Морица, любимого слугу нашего государя! Садитесь, друг мой, садитесь вот сюда, рядом с Вильегасом и Барриосом.

Выпив не менее десяти пинт сока гуанабано и расспросив Филиппа о жизни при дворе, епископ торжественно произнес:

- Я прекрасно знаю, кто вы и какое у вас золотое сердце. Но честью уверяю вас, Спира - низкий негодяй. И клянусь вам вот этим,- при этих словах он поднес к губам распятие,- что или его сместят с поста губернатора, или я сложу с себя сан. Он сумасшедший, он одержим бесами! Кому еще могла прийти мысль сжечь с такой варварской жестокостью несчастного распутника перед выходом вашей эскадры? Не подумайте, что я против кары за мужеложство, нет, Филипп: огонь - лучшее средство борьбы с этим пороком. Я не согласен с тем, чтобы казнь обставлялась так пышно,- я вижу в этом проявление ереси, лютеровой ереси! Уж не принадлежит ли губернатор к числу ее тайных сторонников? Подумайте сами, дон Филипп! Почти все здешние немцы разделяют его пагубные заблуждения, и слава богу, что большая часть этих подлецов погибла вместе с Амвросием Альфингером. Однако кое-кто еще остался.

Спира, лишившись законной добычи, был принужден совершить набег в отдаленные поселения хирахаров, чтобы добыть потребных ему носильщиков. Больше тысячи индейцев убили, сотню посадили в клетки.