Молитвой скорой часто зарекаясь,

Служить покорно, подавляя страсть,

Мы вкуса сливок сладких так боялись,

И вместо мёда мы вкушали страх.

Лишь на закате дней у преисподней,

Возьмем мечом и кровью, чуть дыша,

Обещанное, рано или поздно,

Завещанное нечто у креста.

Я выходец глиняных улиц

Я выходец глиняных улиц,

Я пыльных дорог человек,

Ходил по воде, по углям,

Искал не приют, ночлег.

Прошел через свалку судеб,

Потасканное рванье,

Волок за собой и думал,

Наверное суждено.

Скиталец, почти провидец,

Я знал, чего не хотел,

Умом это ненавидел,

Душою всегда скорбел.

Не поступью, не манерой,

Не выдал, не помышлял,

Обманутых скорой верой,

Спасать у отвесных скал.

Мне было немного больно,

Мне было немного жаль,

Всех вольных и подневольных,

Загнать под одну скрижаль.

Прощенье просить не стал бы,

Летящего вниз не спас,

Запомнил, когда был слабым,

Что сильным ведь не до нас.

Мне жизнь поддалась с изломом,

Прогнуть ее не сбылось,

Ломать мне пришлось коленом,

Все то, что не поддалось.

Я выходец глиняных улиц,

Я пыльных дорог человек,

Когда все вокруг тонули,

Я вел не спеша ковчег.

А на краю миров, на перекрестке

Вот ты ушла, свечой поставив точку,