Читаем Ловушка для Катрин полностью

Ландри, уже крепко связанный, сказал:

– Я хочу попрощаться с тобой до того, как мне заткнут рот. Не сомневайся, Катрин! Иди без боязни по дороге, которая тебя ожидает. Ты хорошо знаешь, что я твой брат и что я тебя всегда нежно любил.

Тогда она бросилась на шею монаха и несколько раз поцеловала.

– Побереги себя, мой Ландри, – всхлипнула она. – Последи за ним и моли Бога, чтобы он сжалился над нами…

– Быстрее! – заторопил Ландри, не желая поддаваться эмоциям. – Нельзя терять времени. Теперь кляп… потом удар. Но постарайся не убить меня, мальчик! Я буду молиться за вас. Прощай, Катрин…

Мгновение спустя Ландри Пигас лежал распростертым на полу, умело оглушенный Готье. Капелька крови блестела на его загорелом черепе.

– У него будет огромная шишка, – констатировал молодой человек, – но он дышит. Теперь бежим.

Почти силой оторвав Катрин от неподвижного тела ее мужа, к которому она вернулась, он потащил ее к чулану.

Деревня внизу казалась совсем маленькой. Среди крыш Катрин удавалось различить дом, где лежал ее муж.

Дышал ли он или смерть, которая так ловко проскальзывает в утомленные тела больных в часы раннего утра, сделала свое дело? Пришел ли в себя Ландри? Обнаружили ли их бегство?

Деревня была спокойна.

У своей щеки Катрин почувствовала дыхание Беранже и увидела слезы в его глазах.

Взволнованная, она спросила:

– Вы плачете, Беранже?

– Мессир Арно… – прошептал он. – Увидим ли мы его когда-нибудь?

– Мы? Вы все еще хотите ему служить… после того, что видели?

– Да! Из-за вас, госпожа Катрин. Вы его так любите. И все же согласились из-за меня его покинуть. Если он умрет… вернусь к каноникам Сен-Проже и сделаюсь монахом.

– Не говорите глупостей, Беранже! Вы не созданы для монастыря…

Но что-то сжало ей сердце. Ландри тоже не был создан для монастыря, когда в возрасте Беранже… Небо иногда делает странный выбор.

Ей показалось, как сквозь пространство доносится голос Сары, которая уверенно сказала ей в первый день осады: «Мессир Арно вернется в Монсальви!»

Зазвонил колокол, неслись крики часовых от башни к башне, где-то проревел рог, сзывая людей к их повседневным обязанностям.

– Пора? – спросил Готье.

Катрин отвела глаза от дома нотариуса, где оставила своего мужа, в то самое время, когда большой подъемный мост стал с грохотом опускаться.

– Да исполнится Твоя воля, Господи… – прошептала Катрин.