Читаем Ловушка для диггера полностью

Замок был хлипким. Леший подобрал железку, вставил ее между косяком и дверью, и слегка поднажал.

Дверь натужно затрещала и приоткрылась.

– Я! Я первая! – Ленка в нетерпении теребила его за рукав.

Он посторонился, пропуская девушку.

Ленка открыла дверь, и некоторое время стояла, освещая отвоеванное у подземного мира пространство налобным фонариком. По всей видимости, ничего опасного она не обнаружила, потому что вздохнула и вошла.

Для него осталось загадкой, что именно Ленка мечтала увидеть – все оказалось как всегда. Крохотное помещение, заваленное тем, что давно потеряло название. Одним словом, рухлядью.

Леший помнил, о чем подумал тогда. Для Ленки это такая игра. Необычная игра, когда увлекает процесс, а достигнутая цель – некий итог, от которого берет разгон новый старт.

Ленка фотографировала, находя что-то привлекательное в обрывке трубы, изогнутой немыслимым образом, в плакате, приклеенном к стене и забытым здесь еще с советских времен. На нем строгая женщина смотрела в глаза мальчику с повязанным на груди красным галстуком. Надпись внизу гласила: «Пионеру важно знать: никогда не надо лгать!»

Дежавю. Странное чувство не оставляло Лешего. Все повторялось много раз: бомбарик, рухлядь, плакаты.

Досады Ленка не испытывала. Обратный путь для нее – начало нового процесса. Старый завершен, а впереди столько интересного.

Если бы он знал, чем закончится обратный путь, то…

Ничего.

Ничего бы он не сделал. Запереть Ленку в квартире, и не пускать под землю оказалось не в его силах. Стоило призадуматься, как закрадывалось нехорошее подозрение. Рискни он предложить ей выбор: или я, или подземелье, Ленка не колебалась бы ни секунды. Она жила с ним постольку, поскольку он терпел ее увлечение. Одного мужчину на другого Ленка могла бы поменять. Для нее неизменным оставался лишь таинственный мир, скрытый от посторонних глаз – его величество Андеграунд.

Ливневку, соединенную с коллектором, они прошли без проблем. Вода струилась по дну, неся с собой разнообразный мусор.

Они двигались против течения к тому месту, с которого забрасывались.

Им оставалось пройти коллектор, когда внезапно подземелье заполнил гул.

В первое мгновенье Лешему показалось, что произошел сброс воды в дренажной системе – настолько эхо коверкало звуки.

Девушка первой поняла, что к чему. Еще до того, как в общем шуме стали выделяться отдельные слова.

– Монтеры, – с ударением на первый слог, шепнула она. Конечно, кто еще будет орать под землей?

До Лешего с опозданием дошло, что они могли и не заметить, как наступило утро. Самое время для особо дисциплинированных рабочих. Он потянулся к рюкзаку, с намерением отыскать часы, но Ленка отрицательно качнула головой.

Монтеры – люди, работающие на глубине, бывали разными. От одного, двух, можно откупиться. Опасность представляли много монтеров. Тогда на первый план выходили принципы. Бойся попадаться им на пути: запросто в полицию сдадут. Там, в лучшем случае, продержат до вечера и отпустят. Однако запал – дело серьезное. Начнутся разборки: где были, что видели. Отпустят, но на заметку возьмут, неприятностей потом не оберешься.

Голоса приближались. Из общего контекста вычленялся качественный, трехэтажный мат.

Ленка быстро развернулась и пошла назад. Он, было, подумал, что она собирается возвращаться – такой крюк, что врагу не посоветуешь. Особенно, когда тело гудит от усталости.

Он не успел поинтересоваться. Как же он забыл? В самом низу начиналась сухая труба. Она вела в соседний коллектор. Они проходили по ней два или три раза. Леший забыл о ее существовании, уж слишком незаметным был вход, скрытый за бетонным выступом. А Ленка помнила.

– Давай, – поторопила она его, и Леший первым полез в трубу.

Поскольку диаметр трубы был небольшим, ползти пришлось на четвереньках. Стараясь производить меньше шуму, Леший продвигался вперед. Сзади его подгоняли приближающиеся голоса и шустрая Ленка. Время от времени она позволяла себе довольно ощутимый шлепок по голени.

Выбравшись из трубы, Леший подал руку девушке. Они оказались в коридоре, идущим в обе стороны от того места где они стояли. Вдоль стен тесными рядами тянулись покрытые ржавчиной трубы.

По коридору Леший пошел первым. Ленка замешкалась, поправляя сбившийся в сторону налобник.

Леший оторвался метров на десять. Луч фонаря блуждал по обшарпанным стенам, по потолку, покрытому черными натеками, по трубам.

– Борис, – вдруг отчетливо услышал он и обернулся.

То, что Ленка обратилась к нему по имени, могло означать только одно: что-то очень необычное привлекло ее внимание.

Она стояла неподвижно, повернувшись к нему спиной. Леший видел, как луч ее фонаря освещал пройденный путь. Когда он подошел и заглянул ей в глаза, в надежде услышать ответ на невысказанный вопрос, его поразил до глубины души ее странный, остановившийся взгляд. Словно она увидела нечто, не поддающееся объяснению.

– Чего? – спросил он и она вздрогнула.

– А?

– Чего случилось? Зачем ты меня звала?

– Я? – удивленно переспросила она. – Я тебя не звала.

– В смысле? – не понял он.

– Нет никакого смысла. Я тебя не звала. Пошли. Чего стоишь?