Читаем Ловцы кошмаров полностью

– Вот уж не думала, что однажды услышу подобное от тебя, – ответила Гвелеста. Возмущение, обида и непонимание боролись в ней за главенство над остальными эмоциями.

– А я не думал, что вы настолько глупы, чтобы развязать войну из-за чужого наложника.

– Войну? – удивилась королева. – Подожди-подожди, я не понимаю.

– Войну с империей Тиртеас! Вы во главе большого отряда воинов напали на караван императрицы Тиртеаса только для того, чтобы выкрасть у неё двух юнцов.

– Нет-нет, Ин, ты что-то путаешь. Это произошло лет сорок пять назад, и то был мой отец. Только он нападал на караван небольшого княжества, а не на имперский.

– В таком случае вы даже превзошли своего отца – поздравляю!

– Тебе, как никому другому, известно, сколь сильно я презираю его. И как мало меня интересуют наложники, – Гвелеста бросила гроздь винограда на тарелку. Несколько ягод от неаккуратного обращения разлетелось в стороны.

– Тогда кто это? – спросил Ин и, подойдя к королевскому ложу, отдёрнул полог.

На кровати сидело двое смуглокожих юношей. Из предметов одежды на них была только белоснежная простынь, которой они пытались прикрыть обнажённые тела. Разговор на повышенных тонах и присутствие в королевских покоях обозлённого мужчины явно напугало их.

– Что?.. – прошептала Гвелеста. Правительница сильно зажмурила глаза и потирала пальцами лоб. Она не хотела верить словам Ина. Но отрицать увиденное своими глазами крайне тяжело. Она что, и правда стала такой же, каким был её отец?

Пока Гвелеста была занята этой мыслью, в комнате появился фельдмаршал армии Фэранфада.

– Моя королева, вы очень опрометчиво поступили. Зачем вы приказали распустить все войска, если на нас движется враг?

– Моя королева, казна пуста, – из ниоткуда появился очередной советник с обвинениями. – Последние деньги ушли на закупку вина и отчисления борделям.

За спиной (а это как вообще возможно?) заговорил канцлер Алланол:

– Моя королева, я нахожу вопиющим невежеством приказ казнить дипломатических послов из других королевств. Мало того, вы ещё и додумались отослать головы правителям их стран.

– Такого себе не позволял даже ваш отец, – разочарованно подытожил Ин.

После всех сказанных слов, наконец, одна эмоция в душе Гвелесты затмила все остальные. И это был гнев.

– Довольно! Как вы все посмели ворваться в мои покои и обвинять меня в чём-либо?! Я королева! И я буду делать всё, что захочу! – выпалила она, брызжа слюной.