Читаем Ловкач, Уилер! полностью

Накрахмаленная шапочка сияла белизной на волосах у Марты, одета она была в белую свободную блузку, совершенно прозрачную, так что соски полных грудей женщины были ясно видны. Из-под короткого подола черной шелковой юбочки выглядывал черный пояс с резинками, на которых держались черные шелковые чулки. Малюсенький белый фартучек был надет поверх юбочки, чтобы довершить образ служанки из какого-нибудь французского фарса.

— Если слугу в этом доме зовут Чарли, то как прикажете вас называть?

Ее передернуло, но она справилась с эмоциями и произнесла:

— Сэр, пожалуйста, следуйте за мной. Обед подан.

Она повернулась ко мне спиной, и я не сдержал восторженного восклицания. У черной юбочки не было заднего полотнища, только тесемки, завязанные у Марты на талии. Резинки пояса разделяли бело-розовую упругую плоть попки, спускаясь к краю шелковых чулок. Я внезапно понял, что совершенно не голоден. Свет в гостиной был притушен, а стол в алькове накрыт лишь на одного человека.

— Вы не присоединитесь ко мне? — спросил я охрипшим голосом.

— О нет, сэр, я уже пообедала.

— Ладно, — пожал я плечами и сел.

— Сэр! Боюсь, вы забыли правила этого дома, — твердо произнесла она.

— Правила этого дома?

— Сэр, перед обедом вам надлежит раздеться. Позвольте мне вам помочь.

— Я сам с этим справлюсь.

— Я настаиваю.

Она помогла мне снять плащ, туфли, носки, галстук, расстегнула пуговицы на рубашке и «молнию» на брюках и, наконец, спустила мои трусы до лодыжек, так что мне оставалось только переступить через них. Марта подвинула мне стул. Когда я садился, мой отвердевший член с глухим стуком задел за край стола, а за спиной у меня раздался смех, подавляемый изо всех сил.

— Белое вино уже охлаждено, сэр. Могу я вам налить?

— Почему же нет, черт побери?

Взяв со стола белую салфетку, я положил ее на колени. Но в следующее мгновение снова бросил на стол. Кому охота ужинать с маленьким белым тентом на коленях?

— Простите, сэр.

Полная грудь Марты тесно прижалась к моей шее, когда она наклонилась, чтобы налить мне вина. И не пролила ни капли.

— Сэр, пожалуйста, начинайте ваш обед. Омар под майонезом совершенно готов, его нельзя ни на минуту передерживать.

— Так же, как и тебя, — пробормотал я.

Я начал есть. Когда вы сталкиваетесь с чьей-то фантазией, вам надлежит поступать соответственно. Омар под майонезом оказался настоящим деликатесом, а охлажденное белое вино было просто превосходным. Можно ли все это сравнить с размороженным готовым «телевизионным обедом», которым я обычно питался, не говоря уже об обслуживании. Кончив есть, я откинулся на спинку стула и удовлетворенно вздохнул.

— Это было потрясающе! — искренне признал я.

— Повар будет рад это услышать. Еще вина, сэр?

— Почему бы и нет?

На этот раз она подошла к столу сбоку и соблазнительно наклонилась, наливая вино. Вид ее голой попочки был совершенно неотразим.

— Сэр, а что вы предпочитаете на десерт? У вас есть выбор, — сказала она, медленно, по капле, наливая вино в бокал.

Казалось, она на мгновение потеряла равновесие и, чтобы его восстановить, шире расставила ноги. Я тут же воспользовался этим и дотронулся до теплой кожи на внутренней части ее бедра, потом провел руку выше, и мои пальцы коснулись ее влажной женственности.

— Сэр, уверена, что лучшего выбора вы не могли сделать, — щебетала она. — Не хотите ли немного взбитых сливок?

— Нет, не думаю, — пробормотал я.

Марта выпрямилась, потом повернулась ко мне всем телом, все еще держа бутылку вина в руке, и намеренно вылила ее содержимое на меня.

— О, простите, пожалуйста, сэр. Просто не знаю, как это могло случиться.

— Забудьте об этом.

— Я все еще думала о вашем десерте и просто не успела сосредоточиться. Меня следует за это наказать.

С этими словами она поставила пустую бутылку на стол и легла мне на колени попкой вверх.

— Обычное наказание — шесть тяжелых шлепков, сэр, — сказала она сдавленным голосом.

Я с силой не спеша шлепнул ее шесть раз, при каждом ударе она одобрительно взвизгивала. Когда я завершил экзекуцию, вся ее попка покрылась красными пятнами. Она встала на ноги и благодарно улыбнулась мне:

— Сэр, десерт всегда подается в спальне.

— Если таковы правила этого дома, то меня это вполне устраивает, — поднимаясь, сообщил я.

— Я покажу вам, куда надо идти, сэр.

Схватив за торчащий член, Марта повела меня вперед. А я, подумав, что в ее фантазиях должны участвовать обе стороны, скользнул рукой под ее короткую черную шелковую юбочку и крепко ухватил пальцами густые волосы у нее на лобке. Так мы начали двигаться к двери.

— Знаете, — произнес я, когда мы дошли до лестницы, — я слышал, что люди порой ходят держась за руки, но то, что делаем мы, кажется мне забавным.

Она негромко вскрикнула, а потом расхохоталась. Я отпустил ее и постарался сделать так, чтобы она отпустила меня. Потом подхватил ее на руки и понес вверх по лестнице. Когда мы достигли спальни, я без всяких церемоний бросил ее на кровать.

— Сэр не любит, когда десерт подают с ненужными украшениями, — произнес я, стаскивая с нее блузку.

— Сэр такой искусник!