— Не хочешь поехать домой? — прошептал Эспер, так низко склоняясь к лицу спящего, что губы почти касались кожи.
Вот уж так встреча! Эспер медленно облизал свои губы и опустил ладонь Райвену на талию. Его гормоны совсем взбунтовались, он начал закипать, стоило увидеть, как тот лежит на столе, такой притягательно уязвимый, расслабленный. Тепло мягко обволокло низ живота, заставив член нетерпеливо дёрнуться.
Мышцы на руках напряглись, он уже готов был осторожно снять Райвена со стола, как тот наконец проснулся. И совсем не удивился. Райвен слегка сощурился, тут же накрывая глаза ладонью.
Эспер мысленно усмехнулся. Ну и что дальше? Поедем домой?
Две верхних пуговицы белой рубашки были расстёгнуты, одна сторона пиджака немного примялась. Вся правая щека так трогательно порозовела. Эспер поймал себя на том, что уже в третий раз облизывает губы.
Да у меня просто железный стояк… Ну и кто в этом виноват?
Обмякший со сна, Райвен с явным усилием перевернулся на спину, а потом со вздохом сел на столе, подогнув колени.
— Чёрт… — встряхнув волосы, он опустил ладонь на шею и слегка её размял. Райвен казался таким сонным и будто слегка пьяным. Он прикрыл глаза и рассмеялся тихим хриплым голосом, что только усилило желание. Напряжённый член готов был пропороть джинсы, и Эспер поправил ширинку.
Райвен небрежно стянул с себя пиджак и откинул тот на стол. На нём сегодня не было галстука, отпаренный утром воротничок рубашки смялся.
Видеть его таким — встрёпанным, недоумённым, разомлевшим — было одно удовольствие.
Эспер ощущал, как напряжение сводит всё в паху. Чувствуя, как его распирает энергия, как жарко вот так просто стоять в закрытой комнате, он шевельнулся, рука дрогнула, и он едва не снёс рядом стоящий стул. Венка чуть выше виска судорожно пульсировала, ладони горели.
Эспер потянулся к Райвену, обхватывая того руками и резко сдёргивая со стола. Одним грубым движением развернул Райвена спиной к себе и прижался к нему всем телом. Вот так… Втянул воздух у его щеки: эта термоядерная смесь… жаркий, ужасно сексуальный мужской запах, проступающий сквозь аромат дорогой воды. Тяжело сопя, рывками расстегнул ремень на брюках Райвена. Мужчина откинул голову назад, издав едва слышный чувственный вздох. Лицо горело, ток крови в ушах стал оглушающим. Райвен упёрся ладонями в гладкую столешницу. Эспер теснее придвинулся к нему пахом, заводясь ещё сильнее, когда болезненный стояк прижался к упругим сочным ягодицам.
Эспер дёрнул ширинку на брюках Райвена, готовый содрать их тут же вместе с бельём. От его резких движений Райвена заносило вперёд, пальцы со скрипом скользили по поверхности стола, вены на шее вздулись. Мужчина глубоко дышал через рот, слегка отведя зад и вжимаясь в него ягодицами. Эспер не выдержал и начал поддавать прямо так, через одежду. Их громкое прерывистое дыхание заполнило кабинет. Вбиваясь бёдрами всё быстрее и быстрее, он вынудил Райвена нагнуться вперёд, опустив локти на стол.
В каком-то помрачнении рассудка Эспер стащил с себя джинсы, трусы и ухватился за член. Просунув руку между их телами, сдёрнул с Райвена брюки с бельём и оголил смуглые ягодицы. Пару раз быстро прошёлся по своему члену, смазка хорошо его увлажнила, и толкнулся между крепких ягодиц. Свободной рукой обхватил Райвена поперёк живота. Пульсирующая головка мазнула по отверстию ануса, слегка вдавливаясь внутрь.
Райвен откинулся назад, задыхаясь, Эспер прижался губами к его шее. Посасывая горячую солоноватую кожу, направил член, щедро увлажняя анус смазкой.
Такое крепкое, открытое, податливое тело… мечта ощущать, как перекатываются мышцы под кожей; готовый его принять, такой горячий… Эспер со шлепком опустил ладонь на прохладную ягодицу и неожиданно крепко сжал её. Стеная сквозь стиснутые зубы, он резко повёл бёдрами, заставив Райвена прогнуться в спине. У самого вышибло весь воздух. Сердце заколошматило с удвоенной силой. Плывя сознанием, на мгновение запрокинул голову. Райвен почти упал на стол, уткнувшись лбом в вытянутые руки. Эспер начал двигаться, совершая мощные резкие толчки. Его член всё легче скользил внутри. Райвен сдавленно охал, пока его голос не превратился в рычание.
Постанывая от удовольствия, он схватился за край стола по обеим сторонам от Райвена. Он яростно двигался, с каждым толчком вгоняя член всё глубже. Стоны наслаждения сменились криками страсти. Они оба превратились в оголённый нерв; колени подгибались, бедро сводило от боли. От острого, животного удовольствия дрожало всё тело, комната плыла перед глазами, очертания предметов смазывались.