Читаем Ловкач. Часть 2 полностью

Закончив с мытьём, Райвен отдал ему нераспечатанную упаковку боксеров. Позаботился даже об этом. Потом помог зафиксировать новый бинт. Он ощущал себя как-то странно и в то же время смешно, сидя с расставленными ногами перед Райвеном, пока тот крепил на его бедро повязку. Выглядел при этом мужчина скорее отстранённо, нежели взволнованно. Ну, его гениталии тот видел неоднократно. Внешнее хладнокровие Райвена напомнило ему тот день, когда его избили ребята Джемисона Доша: тогда Райвен пытался убедиться, что ему не нанесли серьёзных увечий. С тем же выражением лица, как и в тот раз, мужчина сейчас возился с ним.

Что-то в тот момент зашевелилось внутри: какое-то неприятное предчувствие. Откуда-то взялись сомнения. Райвен так печётся о нём правда потому, что испытывает что-то, или потому что боится, как бы очередной талант не пропал даром? Если первое, то Райвен искренне привязался к нему, если второе, то стоит ему уйти из спорта, и он станет неинтересен. Сложно понять, кто преобладает в Райвене: мужчина или муза. И существуют ли по-настоящему влюблённые музы? Бесконечно, беззаветно.

Эспер осознал, что раньше никогда не задумывался о таких вещах. Сейчас он был влюблён по уши, наверное, впервые в своей жизни по-настоящему. В тот момент ему казалось, что он может полюбить так сильно, как только это возможно.

После ланча они с Райвеном поднялись в оранжерею. Попав вовнутрь, Эспер оказался в просторном помещении с высоким, скошенным с одного края стеклянным потолком и огромными окнами. Огромная светлая оранжерея в два этажа в высоту, вся тень рождалась от растений. Сразу ощутил, насколько здесь прохладнее. Так же, как и гостиная, оранжерея была обставлена дорогой мебелью. Много места занимали столы, заваленные рабочим инвентарём. Сухостой чередовался с густой растительностью в горшках, кругом были ящики с землёй, садовые инструменты, вазы, тазы, лейки, корзины. Эспер едва не споткнулся о поливочный шланг, сложенный у стены. Здесь даже был фонтан.

Тут и дышалось легче. Оранжерея больше напоминала зимний сад; Эспер впервые оказался в подобном месте, его потрясло, что такое можно устроить в современном коттедже.

Целую вечность он, казалось, не выходил оттуда, пока не изучил каждое растение и не перетрогал всё на столах. Окна по всему периметру давали дополнительное освещение. Пользуясь моментом, Райвен занялся растениями, которые требовали срочной поливки.

По тесно заставленному помещению сразу было видно, что Райвен проводит в оранжерее много времени: здесь была своя атмосфера, созданная хозяином дома. Эспер поймал себя на том, что мог бы часами вот так сидеть рядом и наблюдать, как тот занимается растениями.

Ночью он так и не смог заснуть. Впотьмах, чтобы не будить Райвена, натянул поверх майки толстовку с цифрой 97 — отсылка к году его рождения. Было уже почти два, когда Эспер выбрался из дома. Днём Райвен показывал кухню, и там очень кстати оказалась дверь, ведущая на задний двор. Запиралась она изнутри; открыв замок, Эспер прошёл во двор. Чтобы завязать шнурки на кедах, у него ушло минут пять; сейчас бедро болело сильнее всего, и он заметно хромал. Всё-таки впервые после чемпионата он столько находился в движении. За весь день у него была передышка только во время поездки в машине, ланча и немного отдыха вечером.

Ночь была удивительно тихой и безветренной. Эспер сидел на скамейке, прислонившись к деревянной спинке. Рядом лужайку освещали садовые фонари. За чертой света находился спуск со склона, ведущий вглубь коттеджного городка.

Выбираясь из постели, он натянул хлопковые шорты до колен, и сейчас икры ног приятно обдувал прохладный ночной воздух.

Эспер опустил взгляд на свои ноги: после того, как он прошёлся по влажному газону, кеды уже успели промокнуть. Вокруг ощущалась свежесть, было слышно, как с деревьев и кустов капает дождевая вода.

На случай, если вдруг захочется устроиться с комфортом где-то под крышей, у Райвена была поблизости беседка с подсветкой, мини-кухней и защитой от косого и прямого дождя. На лавках вокруг стола были разложены подушки. Эспер уже представлял, как они вдвоём устроятся там вечером, включат музыку, откроют бутылку вина…

Тут в кухне вспыхнул свет, открылась дверь, и во двор вышел Райвен.

— Не возражаешь, если я закурю?

Райвен сел рядом на скамейку, подвернул рукава рубашки и закинул ногу на ногу. С собой у него был портсигар и пепельница.

Это был первый раз, когда Райвен собирался дымить при нём. Должно быть, небо и земля утром поменяют местами.

Озадаченно поглядев на собеседника, Эспер покачал головой.

— Рак лёгких и сифилис мне не грозят, — невзначай заметил мужчина, и Эспер фыркнул.

— Даже спрашивать не буду, — он снова фыркнул и, всё ещё усмехаясь, покачал головой. Как удобно: и ребёнка не заделает, и инфекцию не подхватит. Резинка для слабаков.

— Не спится? — Райвен открыл портсигар, где были сложены готовые самокрутки, и отделил одну. Достал из кармана зажигалку с металлическим корпусом; прикурив, обхватил себя за корпус свободной рукой и поднёс сигару к губам.