Читаем Loving Longest 2 (СИ) полностью

— Давай я задам ещё вот какой вопрос: ну хорошо, ключ висел у тебя в комнате, которая была открыта или которую легко можно было открыть, — сказал Саурон. — Но знали ли об этом те, кто не жил в Форменосе — ну за исключением Финдекано, ладно, вы дружили? Знали ли посторонние план дома и тот факт, что второй ключ можно найти у тебя? Если ларец действительно был открыт ключом (а мы сможем в этом окончательно убедиться только когда увидим замок), то получается, что это мог сделать только кто-то из вас, сыновей Феанора или сам Феанор, или Финвэ.

Майтимо молчал.

— Я не знал, — сказал Пенлод. — А я всё-таки был помощником Феанора и братом Пенголода, его любимого ученика. Я догадывался, что ключ от сокровищницы есть только у Финвэ, но насчёт ключа от ларца — не знал.

— Пенлод, а где вообще были все? — спросил Натрон. — Это же королевский дом. Слуги, дружинники…

— Насколько я знаю, в основном все уехали с Феанором. Это же понятно — после стольких лет пребывания в Форменосе всем хотелось попасть на праздник… — ответил Пенлод.

— Да, — подтвердил Маэдрос, — а остальных, тех, кто не хотел ехать с отцом, дедушка отпустил ещё накануне, чтобы они смогли побывать на празднике в поселении — это милях в пяти от крепости на север. После полуночи там никого не было, кроме нас семерых и Финвэ. Ну, по крайней мере, насколько я знаю.

— Ну ладно, — Майрон повернулся к Майтимо и вдруг возбуждённо воскликнул, — дайте, дайте мне письмо! Мне очень нужен образец почерка Финвэ! Ну хоть бы строчку отрежьте!

Майрон подошел ближе, схватился за письмо; после этого он вдруг опомнился и огляделся. В конце концов, ему не нужно было упрашивать присутствующих. Он молча взял письмо из рук Маэдроса.

— Я его заберу, — сказал он уже вполне безмятежным голосом. — Адресат, — Майрон окинул взглядом останки в серебряном саркофаге, — здесь вряд ли сможет его прочесть.

Майрон знал, что он должен сделать теперь, но ему не хотелось, о, как ему этого не хотелось!

Хотя почему он должен то, что «должен»?

Майрон открыл круглую деревянную шкатулку. Она была полна крупным морским жемчугом и светлыми, блестящими, как яичный желток, тёмно-жёлтыми, прозрачными коричневыми каплями янтаря.

— Натрон, — обратился он к своему помощнику, — у тебя ещё осталась золотая ткань с бабочками, которую ты выткал для Финрода?

— Она очень старая, — покачал головой Натрон, — и её не так много. Боюсь, что из неё нельзя ничего выкроить.

— А ты можешь соткать такую же?

— Да, конечно, — ответил Натрон, — но это займёт много времени… Смотря какой длины. Несколько недель, может быть, и больше…

— Ну и что, — Майрон улыбнулся, — а мы никуда не торопимся.

Саурон оставил для Маэдроса и Амрода двух огромных чёрных коней, которыми они, посоветовавшись, всё-таки решили воспользоваться, чтобы вернуться.

Пенлод всё-таки осмелился подойти к ним и спросить у Майтимо:

— Ты... ты как?

— Плохо у нас всё, — ответил тот резко. — Атаринкэ больше нет, Морьо не хочет нас знать, а Тьелко больше не встаёт. Иногда он тоже не хочет никого видеть. Это тяжело. Ну хотя бы его гадкие прихлебатели из числа людей в основном куда-то делись, и то хорошо.

— Как это? — спросил Пенлод.

— После Дориата у него сломана спина, — ответил Майтимо, решив не вдаваться в подробности. — Он не может ходить с тех пор. — Майтимо подумал, что Пенлод хотя и не врач, но всё-таки родич Пенголода, величайшего учёного Гондолина. — Пенлод, как тебе кажется, это... это должно пройти? Это пройдёт когда-нибудь?

— Я много читал о медицине, но я не целитель, и я не вижу, что с ним, — ответил Пенлод. — Нельо, это всё-таки очень долго. Я бы ожидал, что он поправится за три года, максимум — четыре или пять, но ведь получается, что прошло уже почти десять лет... Я должен вернуться домой, но я тебе советую, даже прошу — найдите врача.

— А ты как?..

Пенлод ничего не ответил, но Майтимо когда-то хорошо его знал. Увидев, как Пенлод слегка покраснел и отвёл глаза, Майтимо с удивлением понял — тот абсолютно счастлив, и не удивился, когда Пенлод, извинившись, отошёл, чтобы избежать дальнейших расспросов.

В окрестностях Гондолина братьев не оставляло чувство, что за ними кто-то наблюдает.

Когда они отъехали подальше, слежка как будто прекратилась.

Была солнечная, морозная погода и их следы на снегу были видны достаточно хорошо, чтобы за сыновьями Феанора можно было дойти до самого их дома.

Комментарий к Глава 15. На руинах *Автор письма перепутал буквы nk и ~n, которые стоят в алфавите тенгвар параллельно, а также похожие p и t: penna «гласная; то, чего не хватает» вместо tenna «письмо». Ближайшим выражением понятия «удивляться» на квенья я сочла estel-pella «то, что находится за пределами надежды» (эквивалент английского beyond hope); автор письма пишет вместо pella «за пределами» — tella «последний, задний».

====== Глава 16. Вырваться из сети ======

…ere yet darkness overwhelmed him and the blindness of malice, he looked upon Turgon and knew that from him should come, in some time that doom held, the end of all hope…