Читаем Lost structure полностью

смыслов, к открытию того факта, что то, что казалось творением смыслов, творением, которое, как

предполагалось, должно увенчивать бдение критика на краю разверстой пропасти произведения, годится только на то, чтобы удостоверить ничтожность субъекта и самого произведения перед

лицом верховного суверенитета Другого, самоутверждающегося в плетении дискурса.

Но столь ли несходны эти движения, как кажется? За лакановской теорией Другого определенно

угадываются фигуры Сартра и Хайдеггера (подключая сюда и Гегеля), потому что помимо

упований на объективность поступи означающих сама неизбежность соотнесения этой поступи с

неким порождающим ее Отсутствием выдает присутствие Хайдеггера в самом средоточии

лакановской мысли. И та же неизбежность заставляет видеть в статистическом упорядочении

сцепления означающих последнюю, но не окончательную возможность структурировать

Отсутствие, которое есть само Бытие как различие и которое неизбежно утверждает себя по ту

сторону всякой попытки структурной методологии.

V. Лакан: лик Отсутствия

V.l.

Как же случилось, что одно из наиболее строгих и прочных установлений структурализма, статистический анализ цепи означающих, обернулось превознесением Отсутствия?

140 Les chemins, pagg. 266 и сл.

339

А случилось это так потому, что схоронившаяся в дискурсе Лакана идея отсутствия предстает как

залог онтологической фундаментальности, наделяя все рассуждения о различиях и оппозициях, неизбежные в бинаристской по своему происхождению теории, метафорическим смыслом.

И поэтому следует разобраться с тем, что собой представляет "отсутствие" в координатах

бинарной системы. Действительно, в структурированной системе всякий элемент значим

постольку, поскольку это этот элемент, а не другой или другие, на которые он указывает, тем

самым их исключая. Всякая фонема наделяется значением вовсе не благодаря своим физическим

качествам, но в связи с той валентностью, самой по себе пустой и невесомой, которую она обре-

тает в системе фонем. Но в конечном счете, для возникновения смысла необходимо присутствие, наличие одного из членов оппозиции. А если его нет, то и отсутствие другого никак не

обнаруживается. Оппозициональное отсутствие становится значимым только в присутствии ка-

кого-то присутствия, его выявляющего. Или, лучше сказать, пустое пространство между двумя

сущностями, которых нет, обретает значение только в том случае, если все три значимости —

"да", "нет" и пустое пространство между ними — взаимообуславливают друг друга. В данном

случае, как показывает Рикер, мы имеем дело с диалектикой присутствия и отсутствия. Когда

Соссюр утверждает, что в языке нет позитивных сущностей, он исключает возможность

www.koob.ru

рассмотрения физических звуков или идей, но не актуальных валентностей. Отсутствие, о котором

говорят структуралисты, касается двух вещей: 1) не имеет значения, чем именно выражены "да"

или "нет", но важно, чтобы сущности, замещающие эти валентности, сопрягались друг с другом; 2) как только сказано "да" или "нет", это "да" или это "нет" обретает свой смысл только в виду

отсутствия другого элемента. Но что во всей этой механике значимых оппозиций, в конечном

счете, главное, так это то, что она дает нам систематическую возможность узнавать то, что есть, по тому, чего нет. Важно не само по себе Различие с заглавной буквы, гипостазированное и

превратившееся в метафору чего-то устойчивого и пребывающего над любыми оппозициями.

Структуралистское отсутствие говорит нам о том, что на месте того, чего нет, появляется что-то

другое. Напротив, у Лакана, судя по всему, всякая представленная вещь имеет смысл только

постольку, поскольку выявляет само Отсутствие, что роковым образом обессмысливает то, что

наличествует.

И все это из-за того, что формирование цепи означающих как последовательное различение того, что есть, и того, чего нет, обусловливается изначальным разрывом, ущербностью, первородным

гре-

340

хом, в связи с чем "Я" может быть определено как некая обделенность чем-то, чего никогда не

заполучить, и это что-то — Другой, существо на самом деле не существующее, во всяком случае, до него не добраться.

V.2.

Иными словами, Отсутствие в лакановском универсуме появляется вовсе не в связи с

формированием цепи означающих через указание на присутствие и отсутствие. Дело в том, что

цепь означающих формируется через оппозиции и различия, поскольку уже имеется некое

конститутивное Отсутствие. He-бытие это не провал между двумя членами оппозиции, оно —

источник всех возможных оппозиций.