Читаем Лорд Престимион полностью

- Нет, милорд. Конечно, нет, - Деккерет выдавил из себя мрачную ухмылку. - Но после их исчезновения провели расследование и разоблачили их сообщника, и его светлость принц Навигорн подверг этого человека допросу с пристрастием. С очень большим пристрастием, милорд. Принца Навигорна все это происшествие крайне расстроило.

- Могу себе представить, - сухо ответил Престимион.

- И из этого допроса узнали, милорд, что этот сообщник - его звали Мортейл Дикаан, милорд...

- Звали?

- К несчастью, он не выдержал допроса, - ответил Деккерет.

- Вот как!

- Этот сообщник, ваша светлость, завладел одним из волшебных устройств из хранилища. Он принес его Барджазиду в туннели Сангамора. А Барджазид использовал его для того, чтобы заставить всех поверить в подлинность предъявляемых им бумаг. Тем же способом он приказал предоставить в его распоряжение один из экипажей Замка, когда был готов отправиться на юг.

- Значит, это его устройство, - похоронным тоном спросил Престимион, обладает абсолютно неотразимой силой? И оно делает любого, кто его носит, способным заставить всех встречных выполнять его приказания?

- Не совсем так, милорд. Но оно необычайно мощное. Я сам ощутил его силу, милорд, в Сувраэле, в месте под названием пустыня Похищенных Снов. Ее так назвали потому, что там скрывался Барджазид, он проникал в мозг путешественников и менял их мысленное восприятие таким образом, что они уже не могли отличить истину от обмана, иллюзию от реальности.

Я все это объяснил леди Вараиль, милорд. Рассказал ей, как на собственном опыте испытал воздействие этого устройства, путешествуя по пустыне с Барджазидом, и объяснил его потенциальную опасность.

- Это правда, Престимион. Ты должен помнить, я пыталась рассказать тебе эту историю в тот день, когда ты вернулся из поездки в Малдемар, но ты был так занят, конечно, планами поездки на Остров...

Престимион поморщился. Это правда. Он даже не дал себе труда самому расспросить Деккерета о том, что случилось с ним на Сувраэле. Быстро отмел в сторону всю эту историю, отложил рассказ Деккерета для будущего рассмотрения и потом ни разу о нем не вспомнил.

Машина, которая управляет мыслями! И Барджазид сейчас едет, чтобы отдать ее Дантирии Самбайлу.

Еще одна ужасная ошибка его правления, которое уже и так буквально пестрит ими. Корональ, подумал он, не должен позволять себе спать из страха, что планету поразит катастрофа, если он закроет глаза хоть на секунду. Интересно, подумал Престимион, как удавалось Конфалюму удерживать все в равновесии в течение более сорока лет? Но, конечно, Конфалюму не пришлось иметь дела с гражданской войной и ее последствиями, а Дантирия Самбайл, да унесут его душу демоны, предпочел дождаться конца правления Конфалюма, чтобы заварить кашу.

Он бросил взгляд на Деккерета. Парень смотрел на него с уважением, граничащим с преклонением. Кажется, Деккерет и не подозревал о том, что мозг короналя кипит от смущения и горького раскаяния.

- Опиши мне в подробностях, - попросил Престимион, - что именно машина Барджазида могла сделать с твоими мыслями.

Деккерет неуверенно взглянул на Вараиль. Та ответила решительным кивком.

Еще секунду поколебавшись, он ответил Престимиону:

- Сначала это был просто кошмарный сон, Я подумал, что меня призывает Хозяйка, и это было прекрасно; но когда я побежал к ней, она исчезла, а я остался, и теперь смотрел вниз, в кратер потухшего вулкана. Один человек не может ощутить реальную силу сна другого человека, не так ли, милорд? Нужно испытать это самому. Я могу описать это, как кошмарный сон, и вам покажется, что вы поняли, припомнив некоторые собственные плохие сны. Но никто не может понять, насколько ужасным был сон другого человека. Но все же, говорю вам, милорд, это было самое ужасное испытание. Я чувствовал чье-то вторжение, насилие, проникновение.

Барджазид знал, что произошло. Он пытался расспрашивать меня после, выуживать подробности моего сна.

Он проводил эксперименты над мозгом людей, знаете ли: испытывал свое оборудование, милорд.

- Значит, вот как? Он послал тебе кошмарный сон?

- Если бы дело было лишь в этом, милорд. Но плохой сон был всего лишь началом. Когда я уснул в следующий раз, мне снова приснился сон. Там была та женщина, которую я встретил в Толагае, она служила у понтифекса. Она явилась ко мне во сне; мы оба были обнаженными, она вела меня по красивому саду. Должен сказать, что в Толагае мы с этой женщиной некоторое время были любовниками. Поэтому я радостью последовал за ней. Но тут снова все изменилось, и сад превратился в ужасающую пустыню, где прятались призрачные тени, и я подумал, что погибну там от жары и муравьев, которые начали меня жалить. Но тут я проснулся и увидел, что Барджазид заставил меня уйти во сне далеко от лагеря. Я заблудился в пустыне в самое плохое время дня, голый, вдали от людей, без воды, обожженный и распухший от жары. Вруун, который ехал с нами, нашел меня и спас, иначе я бы погиб. Я не лунатик, милорд. Это проделал Барджазид. Он отдал мне приказ встать и идти во сне, и я встал. И пошел.