С этой историей они его по миру пустят. Или спланированное наступление подтвердится, и его выставят вон. Или генералы выкупят эти акции, и тогда у них будет блокирующее меньшинство, а подарков от них ждать не приходится.

– Вы должны отпустить Лоика. Он единственный, кто может помочь мне в расследовании. Он…

Гиена подобралась поближе и крутилась вокруг его ног.

– Ты нравишься Цыпочке! – гоготнул Кабонго.

Полицейский отпихнул ее ногой:

– Это потому, что от меня несет смертью. Освободи моего сына.

– Не спеши, у нас еще одна проблема.

– Какая?

– История с покупкой акций – это как раз то самое дерево, за которым леса не видать.

– Не понимаю.

– Вот настоящий вопрос: с чего бы все сегодня так захотели «Колтано»?

Он не был удивлен замечанием: черные тоже умели сложить два плюс два.

– Представления не имею.

– А может, те люди знают что-то, чего не знаю я. Может, есть причины так заинтересоваться нашей доброй старой компанией.

– Вообще не понимаю, о чем ты говоришь.

– Ну, например, новые месторождения.

Морван встал. Цыпа заворчала.

– Ты на что намекаешь? – возмутился он. – Что я скрываю от тебя информацию?

– Знаешь, как у нас говорят? «У всего один конец, кроме банана, у которого их два».

– Хватит разговаривать, как в мультиках!

– Если ты решил поставить нас раком, дерьмо польется рекой, Морван.

Пришел момент сменить тон:

– Отстань от моего сына, и я принесу тебе покупателей на блюдечке! А если нет, клянусь, я уложу твоих парней, и этого козла Мабиалу в первую очередь!

– Успокойся. Освобожу я Лоика, да, ведь мы с тобой как братья.

– Вот и ладно.

– А еще потому, что ты отстегнешь мне бабла.

– Какого бабла?

– Я хочу комиссионные от эксплуатации новых месторождений.

– Да нет никаких новых месторождений!

Цыпа опять хихикнула: она была голосом своего хозяина, в самом прямом смысле.

– Не вынуждай меня копаться в твоих делишках, Морван. Не вынуждай меня выяснять, что ты там затеваешь с тутси, мау-мау или прочими… Сделаем все по-умному. Потихоньку и за спиной этого сраного ублюдка…

Ходила куча слухов о Жозефе Кабиле, согласно которым он не был сыном Лорана-Дезире. Утверждали даже, что по происхождению он тутси. Больше всего удивляло Морвана вовсе не вероломство Кабонго, а потрясающий принцип, царящий в Африке: коррупция была единственным, на что всегда можно положиться.

Он сдался и протянул руку:

– Буду держать тебя в курсе.

– Твоего сына освободят сегодня вечером, – заверил Кабонго, отвечая на рукопожатие.

Конец обедни. Дело сделано.

– Погоди, – бросил генерал, поворачиваясь.

В своем подобии китайского костюма, он подошел к полуразвалившемуся холодильнику. Открыл его и вернулся с тарелкой коса-коса, больших креветок с черным панцирем, и плошкой соуса пили-пили.

Закуски поданы. Морван бросил взгляд на часы: восемнадцать пятнадцать. Если хоть немного повезет, он может быстренько покончить с пикником и успеть на рейс.

Кабонго хрустнул креветкой и захохотал. Его сиреневые десны предстали во всей красе.

– Мабиала… Черный Кхмер… Еще один черный мудак!

Старый полицейский сделал вид, что тоже смеется, беря козявку с картонной тарелки. Гиена почуяла запах пищи и закрутилась вокруг собственной оси, пытаясь угадать, от кого можно ждать подачки.

– Дай ты ей креветку, – велел Кабонго. – В Африке всегда нужно делиииться! А то дело, ну, новые залежи, оно для тебя большое слишком, да. Как говорят у нас: «Кто глотает целый кокос, очень верит в свой анус!»

81

– У Рибуаза есть новости. – Голос Тонфа, очень возбужденный. – Частицы ногтей и пряди волос в центре надчревной области. Не очень знаю, что это, но…

– Приступили к анализу ДНК?

– Уже делают.

– Когда будут результаты?

– Левантен сказал, где-то через час. А потом еще надо будет проверить их по банку данных и…

18:30. Эрван только что приземлился. Самолет опоздал. Он пытался связаться со своей командой, но никто не отвечал. Еще одна ошибка: в первые, решающие часы расследования он впустую потратил целый день, просто чтобы посетить сумасшедший дом и забрать бумажные фигурки, – их мог бы в двадцать четыре часа доставить любой жандарм.

Он вышел из аэровокзала, держа телефон возле уха. Сумка висела у него на ремне, и лямка мешала дышать. Болело все: и недавние раны, и застарелая травма спины, и скрипящие зубы. Он попробовал привести в порядок мысли, как разглаживают скомканные листки тыльной стороны ладони.

– Другие результаты есть?

– Левантен проверяет гвозди. Говорит, что у каждого металла своя подпись и эта подпись уточняется ржавчиной.

– И что?

– У них есть что-то вроде каталога… Гвозди, использованные убийцей, состоят из сплава, в котором наличествуют многие элементы, специфические для Конго.

Эрван растолкал путешественников в очереди на такси и сунул свою карточку под нос первого шофера:

– Набережная Орфевр, тридцать шесть.

Адрес не требовал комментариев.

– Они оттуда? – спросил он, забираясь в машину.

– Вроде да. Но объяснения Левантена такие сбивчивые и…

Тонфа был мускулами команды, сильным звеном в случае потасовки. К сожалению, в самом Угро потасовок не бывает. Зато мозгами ворочать приходится двадцать четыре часа из двадцати четырех…