Читаем Ломехузы полностью

К сожалению, Статистическое управление не комментирует публикуемые данные, а то народ давно бы узнал, к какой пропасти мы идём, куда нас толкает алкогольная мафия. Но то, что не делает Статистическое управление, иногда удаётся патриотам-трезвенникам. Они вывели («Знание — сила», 1989, № 2) очень важный социологический закон: если среднее душевое потребление составит более 17 л. абсолютного алкоголя в год, то рождение дефективных и умственно отсталых детей превысит рождение нормальных детей. А это значит, что начнётся самоуничтожение нации.

К 1983 г. среднедушевое потребление абсолютного алкоголя поднялось в нашей стране до 11,3 л. Иначе — на каждого жителя СССР, включая грудных младенцев и старушек, приходилось более семи трехлитровых баллонов водки. Сколько же купили и выпили её тогда люди самого продуктивного возраста, люди из наиболее злоупотребляющих спиртным национальностей!

В то время, когда мы пили особенно рьяно, кое-кто над стаканами не дремал, усыпляя бдительность разговорами и уговорами пить с друзьями и близкими, в «приличной обстановке», а разрушал, опустошал, опошлял и опоганивал всё, что для нас дорого и свято. Что не было уничтожено в первые десятилетия после революции, поспешно стиралось с лица земли под звон фужеров в последние 20 — 30 лет, в так называемый период застоя и упадка. Рушились храмы, национальные памятники, традиции, перелицовывались школьные учебники, искажалась русская литература, музыка, театр. Телевидение почти целиком стало русофобским. Национальные шедевры, которыми восхищался мир, заменялись пошлыми космополитическими поделками, в которых такие понятия, как любовь к Родине, Отечеству, исчезли напрочь...

Как известно, больше всех от алкоголя страдают женщины. Еще нарком здравоохранения Н. А. Семашко писал: «Можно сказать, что сколько водки выпили мужья, столько их жены и дети пролили слёз!» Я получаю множество писем от женщин, которые льют слёзы и просят спасти погибающих от водки отцов, мужей, сыновей, внуков.

Одно такое письмо из города Первоуральска произвело на меня особенно сильное впечатление. Копию его прислала мне работница одного из уральских заводов В. Стольникова. Её сын буквально погибал от водки, женщина металась, обращалась во все инстанции, умоляла спасти его. Общаясь с людьми, Виктория Степановна увидела, что несчастье, постигшее её, охватило весь город, всю страну. Она встречалась с сотнями женщин, которые оказались в таком же положении. Они написали письмо, в котором было излито буквально всё народное горе, и разослали его почти во все центральные органы власти.