– Мама-а-а-а!

Грозен ангела полет.

* * *

…Двери закрыты, неярко светят электрические лампы под потолком. Ночью в служебном крыле «Адлона» не слишком людно, поэтому нужного человека ангел Хорст нашел сразу. Парень его лет, в старом, явно с чужого плеча, пальто, ликом мрачен, на щеках трехдневная щетина. Такому в лучшем берлинском отеле не место, наверняка просочился через служебный ход.

Гость шел тихо, ангел Хорст – еще тише. Подобрался сзади, незримой дланью коснулся плеча. Он! Двадцати лет, грабитель-налетчик, спешит к дружку ради душевного разговора. Для того и пистолет при нем – знакомый полицейский Walther PPK – на поясе, в самодельной кобуре, если дотронуться, пальцы прилипают. Наверняка с трупа.

– Про добро и зло забудьте, – поучал ангела младшего чина господин Бронзарт фон Шеллендорф, в двух мирах комиссар. – Не наша юрисдикция. А вот отчетность страдать не должна. Есть средний статистический уровень зла, и мы будем его придерживаться, отсекая лишнее.

То, что задумал парень в пальто с чужого плеча, лишнее и есть. Его подельщик – местный электрик, вдвоем дело провернули. Взяли пять тысяч марок, но поделили не по-братски. Пистолет взят не для стрельбы, а чтобы припугнуть, но подельщик пьян и тоже при оружии. Сначала прикончит гостя, а потом и случайного человека, что на шум прибежит.

– Минус три, – рассудил господин архангел-комиссар. – Слишком много. Если не остынет – пусть разбирается с дружком через несколько дней, как раз новый месяц начнется.

Парень в пальто с чужого плеча остановился у нужной двери, скользнул рукой к кобуре, но ангел Хорст был начеку. Увещевать грешника положено тихим добрым словом и лишь в крайности – силой. Однако порядок в инструкции не указан, а крайность вот она – при поясе, самозарядная, на восемь патронов.

Ангел младшего чина Хорст Локенштейн наполнил кулак небесной мощью и от всей души пробил в печень. Прежде чем пистолет забрать, к уху клиента склонился и молвил мягким шепотом:

– Не греши!

Авторское послесловие

«Локи» – шестая книга из запланированного цикла под общим названием «Аргентина», завершающая вторую трилогию.

От книги к книге авторский замысел менялся. Вначале хотелось рассказать о том, что сопротивление Злу важно не только само по себе, но и способно изменить человека, сделав его сильнее и лучше. Автор не отказывается от этой мысли, однако реальность «Аргентины» диктует свои правила. Зло, с которым ведешь борьбу, способно заразить, и тогда даже лучшие намерения становятся своей противоположностью. Героям же не всегда суждено побеждать, но их усилия никогда не будут напрасными. Мартин Лютер неправ – человека спасает не только вера, но и благие дела.

Андрей Валентинов

Благодарности

Автор благодарит

Тех, кто был рядом и не рядом, помогая и поддерживая

Ирину Владимировну Цурканенко.

Моих друзей Дмитрия Громова и Олега Ладыженского.

Коллегу из Штата Пеликанов.

Всех, кто помог автору своими отзывами о первых книгах цикла.

Всех, живых и пребывающих в вечной Ноосфере, чьи образы, творчество и поступки позволили роману появиться на свет

Олега Ладыженского, написавшего слова песен «Аргентина», «Последнее воскресенье», «Бедный солдат» и «Мирлацванциг, троммельбаух».

Создателей фильма «Il generale della Rovere» (1959 г.).

Н. Ю. Скрипинскую, автора исследования «Бастионная система крепостей северо-западного региона России в свете европейской фортификации».

Авторов и оформителей книги «German Pionier 1939–45», изданной в серии «Osprey – Warrior».

Уинстона Леонарда Спенсера-Черчилля – за эссе «Мы одни во Вселенной?»

Бориса Тененбаума и Мартина Гилберта, чьи биографии Уинстона Черчилля использовал автор.

Авторов и исполнителей песни «Putting on the Ritz».

Космонавта и художника Алексея Леонова за его картины.

Мастеров кино, одухотворивших образы героев романа: Хорста Буххольца (Локи), Хайнца Рюмана (Лонжа), Стефано Дионизи (Арман Кампо), Хайнца Ольсена (Лейхтвейс), Петера Лорре (майор Вансуммерен), Ингрид Саттес (Анна Фогель), Татум О’Нил (Гертруда Веспер), а также драматурга, актера и режиссера Эдуардо Де Филиппо (князь Алессандро Руффо ди Скалетта) и композитора Адама «Нергала» Дарского (Отомар и Гандрий Шадовицы).

Поэтов, писателей, драматургов и кинорежиссеров, чьи произведения довелось прямо или непрямо цитировать в тексте.

И еще очень-очень многих, незримо стоявших возле моего ноутбука.

Конец шестой книги и второй трилогии

Июнь-июль 2017 г., Харьков