Читаем Лобстер для Емели полностью

– Домнино, – повторила докладчица. – Выскажу личное мнение. Странно, что очень богатый человек купил жилье в таком месте. Город крохотный, расположен неподалеку от крупного аэропорта, и основная масса жителей зарабатывает благодаря этому аэропорту. Кое-кто открыл мини-гостиницу или кафе максимум на пять столиков. Весь бизнес построен на одном камне: рейсы порой задерживаются. Да, авиакомпания, если лайнер не улетел по ее вине, обязана предоставить людям горячее питание, ночлег, но на деле еда – бесплатная бутылка воды и несъедобные бутерброды. Про дармовой номер в отеле вообще молчу. Предоставлять комфортный отдых пассажирам авиаперевозчик не желает. Узнав о переносе рейса на длительное время, владельцы мини-гостиниц в Домнино начинают приглашать пассажиров к себе. Они стараются как могут, обещают не взять ни копейки за дорогу в город и потом назад в аэропорт, предлагают полноценный обед-ужин и особую еду для детей. Все за умеренную плату. Куда деваться людям? Большинство едет в городок, который никогда не спит. По узким улочкам днем и ночью шныряют автомобили. Шум, гам, грязь, пыль. И зачем Ларину в этом аду убогий домик? Восемьдесят квадратных метров! Правда, участок почти гектар. Но что с ним делать? Большая часть занята лесом, а его вырубку теперь надо согласовывать с местной администрацией. Еще та радость. Вода из колодца, сортир во дворе, газ в баллонах! Хорошо хоть, электричество есть. Недвижимость находится на улице Героев партизан, в самом глухом углу Домнино. Соседей рядом нет, до ближайшего дома минут пятнадцать пешком. Райское местечко! Над головой постоянно взлетают-садятся самолеты, удобств никаких. Вопрос: по какой причине несколько лет назад Егор Иванович купил хижину? Он аккуратно за нее платил. Правда, коммунальные расходы были ничтожны, копейки за электричество, но оплачивать все равно надо. И налог на недвижимость необходимо отдавать. Кто-то приходил в разные отделения банка и отправлял деньги.

Олеся вдруг улыбнулась.

– Для пожилых людей сейчас открыты курсы компьютерной грамотности. Там обучают элементарным действиям: как пользоваться сайтом госуслуг, оплачивать коммуналку, записываться к доктору. Большинство стариков оказались понятливы, но остались птеродактили. Они, получив на карту пенсию, сразу ее снимают, расплачиваются в магазинах наличкой, и они же толпятся в поликлиниках, создают очереди в регистратуру. Ну не хотят динозавры осваивать компьютер! Если бабка или дед рассчитываются «живыми» деньгами, то никто не удивляется, они ведь мамонты. Но владелец конуры в Домнино – крупный бизнесмен. Зачем ему самому оплачивать квитанции? Следует один раз велеть банку внести в постоянные поручения перевод средств, и все! Эта услуга оказывается не только клиентам простого и «золотого» вип-отделов, но и обычным вкладчикам. Возникают вопросы. Живет ли в избе кто-то? Если да, то он, похоже, зажигает лучину, не имеет холодильника, утюга, электрочайника. Следующее недоумение: какое отношение он имеет к Ларину? Если это старпер, не желающий пользоваться кредиткой, то каким образом он получает сумму на расходы? Вариант «перевели по СБП» не работает. Для такого человека возможна лишь процедура из каменного века: ему привозят конверт с купюрами, красавчик топает в банк и оплачивает электричество. На мой взгляд, полный бред, но птеродактилям нравится. Однако, если соглашаемся с таким вариантом, то тут очередная непонятка: за фигом пока живому трупу шкандыбать к кассе? Тот, кто приволакивает конверт, легко может все оплатить сам! Зачем пьеса Хармса поставлена на сцене клуба в деревне Кукуево? Режиссера, пожалуйста! И кто зрители? Кто поймет, что происходит на сцене?

– Егор не хотел, чтобы кто-либо узнал про его домик, – заметил Степан.

Олеся хихикнула.

– Господин Ларин был жуликом и вором.

– Почему вы так решили? – не выдержала я.

– Честным путем в России миллиарды не заработать, – отмахнулась Олеся. – Егор Иванович был мерзавцем, как и все олигархи. Но такие люди умны. Хотел скрыть факт владения избенкой и платил за нее налог на недвижимость от своего имени? Смешно!

– Съезжу в Домнино, найду улицу Героев партизан, посмотрю, кто поселился в домике, – решила я.

– Хорошая идея, – согласился мой супруг.

– Народу в городке немного, приезд писательницы может вызвать ненужный ажиотаж, – неожиданно произнесла Калинина. – Лучше туда поеду я! Пусть жена босса сидит дома. Зачем ей работать? Все и так принесут, подарят. И она популярна, известна, кто увидит тетку, сразу заинтересуется, что она здесь делает. А это не на пользу расследованию.

Когда новая сотрудница грубила мне как автору детективов, мне не стало обидно. Сколько людей, столько и мнений. Да, у меня нет миллионов фанатов, как у Милады Смоляковой, но есть свой читатель. Он любит мои детективы, хвалит их в соцсетях, ждет новинок. Даже если у меня останется один читатель, я продолжу писать для него. Знаю свое место на российском книжном рынке, и я им довольна. Но когда сейчас Олеся сама захотела отправиться в Домнино, вот тут мне стало не по себе.