Читаем Лобановский полностью

Идея идеей, но для её воплощения требовалась такая «малость», как согласие Бескова. «Костя, — сказал Андрей Петрович, навестив Бескова в начале июня 1981 года в его квартире на Маяковской, — выходит так, что у тебя в сборной сразу два базовых клуба — тбилисское и киевское “Динамо”. Тебе же будет комфортнее, если присматривать за грузинами и киевлянами станут на тренировочных сборах их клубные тренеры Лобановский и Ахалкаци. Они будут отвечать за готовность игроков, не будет никаких опозданий, никто не скажется больным, тебе останется лишь готовить команду к оставшимся играм».

Бесков, как он потом говорил, оставался в уверенности, что столь именитые и самостоятельные помощники проработают с ним только до конца отборочного цикла, а потому согласился. К дополнительным аргументам Андрею Старостину прибегать не пришлось: Бесков и без них понимал, что и тбилисцы, только-только выигравшие Кубок обладателей кубков европейских стран и пребывавшие потому в состоянии эйфории, и киевляне, безоговорочно лидировавшие в чемпионате СССР и считавшие себя — не без оснований — лучшими в стране, нуждаются в жёстком управлении. Не только в те дни, когда появляются в лагере сборной, но и в повседневной клубной жизни. Кто, как не Ахалкаци и Лобановский, способен лучше других жёстко управлять своими звёздами?

Начальник Управления футбола Спорткомитета СССР Колосков отправился с Бесковым к Сычу. Идея, преподнесённая Бесковым как своя, Валентину Лукичу понравилась, тем более что он, по словам Колоскова, «считал Лобановского одним из лучших тренеров новой формации». Сыч проконсультировался в ЦК КПСС, получил согласие и тут же — по телефону — оповестил о новшестве Ахалкаци и Лобановского. «Сработаетесь?» — спросил Колосков Бескова. Впрочем, Колосков не сомневался, что, прежде чем идти к нему, он, Бесков, уже продумал эту идею. «В сборной нам делить нечего, — отвечал Бесков, — а я буду лучше понимать потенциальные возможности игроков».

Потом всю группу принял председатель Спорткомитета Сергей Павлов и тоже поддержал предложение Бескова. «Если вы, Константин Иванович, — сказал Павлов, — считаете этот шаг нужным, преград мы чинить не будем. Мне просто не хотелось бы, чтобы у кого-то возникла мысль, будто это мы вам навязали такую кадровую комбинацию». Но когда Сыч приехал на первую тренировку с участием трёх тренеров, он, ни к кому конкретно не обращаясь, вздохнул: «Разве могут быть три директора на одном предприятии?..»

«Бесков, — говорит Колосков, — выбрал себе в консультанты (помощники) абсолютно несхожих людей! Лобановский — сторонник так называемого тотального футбола, уделявший огромное внимание научному анализу тренировочного процесса, сторонник жёстких игровых схем. И сам был упрям, резок, скор в решениях и действиях. Ахалкаци называли за глаза “хитрым кавказцем”. На всё он имел своё мнение, высказывал его, но не настаивал на своём, во всяком случае, в очных спорах. На деле же часто поступал так, как сам считал нужным и правильным».

Лобановский не понимал, как может функционировать тренерский штаб, каждый член которого, имея собственные представления о подготовке команды и собственный накопленный опыт, в состоянии возглавлять сборную. Поначалу он решил отказаться от предложения. Но его, получив соответствующую просьбу из ЦК КПСС, попросили согласиться в ЦК компартии Украины. Когда Лобановский первый раз оказался на сборах руководимой Бесковым команды и встретился с Ахалкаци, то поинтересовался у тбилисского коллеги, как тот себе всё это представляет. «Посмотрим, Валерий Васильевич. Время покажет. Спросит Бесков — подскажем. Не спросит — помолчим. Так я себе это представляю», — ответил Нодар Парсаданович.

Никогда — ни до, ни после — Лобановский не оказывался в положении человека, не знавшего, что от него требуется. Но никогда он не видел себя и в роли стороннего наблюдателя, в которого вполне мог превратиться, формально относясь к реализации задумки Андрея Старостина.

Официально переход к тренерскому «троевластию» обставили публикацией документа, вышедшего из недр Управления футбола Спорткомитета СССР. В постановлении говорилось:

«Учитывая то обстоятельство, что игроки сборной СССР тренируются сейчас в основном в двух клубах — “Динамо” (Киев) и “Динамо” (Тбилиси), а также большой личный вклад в подготовку кандидатов в сборную тренеров этих клубов В. Лобановского и Н. Ахалкаци и опыт подготовки команд к ответственным международным соревнованиям, Спорткомитет СССР по предложению К. Бескова решил привлечь их к подготовке сборной СССР в качестве старших тренеров. Руководителем и главным тренером команды по-прежнему является К. Бесков. В состав тренерского совета сборной входят также Г. Логофет и В. Федотов».

Понятно, что правда у всех своя, и позднее, после провала в Испании, события эти по-разному представлялись их участникам.

Стоит подробно процитировать К. И. Бескова: