Читаем Люди в сером (СИ) полностью

Ругаясь, он медленно последовал за непослушным питомцем по дороге, затем вдоль забора, несколько раз едва не растянулся, спотыкаясь о разный строительный хлам. Неожиданно увидел Графа. Стоявший в неподвижности пес был плохо заметен в темноте. Если бы не тихое, наводящее жуть поскуливание, Фалеев не сразу разглядел бы его силуэт.

— Что там? — Он подошел ближе и взял пса за ошейник. От его прикосновения Граф вздрогнул. У Фалеева мурашками захолодило спину.

Он видел перед собой открытые ворота запасного въезда на стройку. С противоположной стороны здания висел прожектор, но та часть площадки, что находилась перед Фалеевым, была погружена в черноту. Висевший на стреле башенного крана сигнальный фонарь был слишком слаб, и свет его не достигал того места, где стоял Егор. Угадывались только очертания дома, возведенного до третьего этажа. Да контуры кирпичных штабелей, бетонных плит и куч песка, гравия. Как Егор ни напрягал зрение, как ни вглядывался, тень перед самим зданием представлялась сплошным черным пятном. Только слабый шорох долетал — будто кто-то ходил по территории. Возможно, сторож, но не факт — могли быть и жулики, таскающие по ночам стройматериалы.

— Пойдем-ка отсюда, — тихо произнес Фалеев и потянул Графа за собой. — Дома уж, наверно, потеряли.

Он шагнул влево, откуда пришли, и ступил на что-то твердое. В то же мгновение кривой пруток арматуры вздыбился из травы, ударил Графа по ляжке, одновременно резанул Фалеева по ладони. Пес испуганно заскулил, дернулся, и Егор выпустил поводок из ушибленной руки. Судя по тому, как засаднило кожу, ему крепко досталось. Фалеев облизнул тыльную сторону ладони и ощутил вкус крови.

— Куда?! Стой! Вот падла! Черт бы тебя подрал! — заругался он, заметив, что Граф, вместо того чтобы вчистить домой, во весь опор помчался на стройку. — Граф! — крикнул он снова и прошел в ворота.

Он позвал еще раз, другой, но ни звука в ответ. Тогда Егор направился к темному прямоугольнику здания. Под ногами предательски шуршал гравий, поэтому Фалеев двигался с перерывами, иногда останавливался и прислушивался. От забора до строящегося дома — метров двадцать. За то время, пока он, выбирая в густой тени каждый шаг, преодолел эту дистанцию, собака могла запросто обогнуть стройку и выскочить с другой стороны или даже забежать в любое из окон полуподвала. Попробуй теперь найди.

Снова послышался невнятный шорох.

— Граф… Граф… — на всякий случай негромко позвал Фалеев.

Внезапно он услышал стук внутри строящегося здания — как раз напротив того места, где стоял. И следом совершенно отчетливо донесся визг и скулеж. Но сразу все стихло.

— Граф!.. — хрипло крикнул Егор. Он перелез через гравийную кучу и заскочил в проем ближайшего окна.

Как располагались клетушки перегородок в цоколе, Фалеев не имел и малейшего представления. Он тыкнулся несколько раз в пустые, резонирующие звуками его шагов комнаты; кое-как, почти вслепую, отыскал выход в подъезд и по лестнице, скользкой от рассыпанного песка и цемента, вбежал на следующий этаж. Снова прислушался. Нет, кажется, на втором этаже. Еще несколько секунд, и он оказался на нужной площадке, где снова услышал жалобный визг пса, который внезапно оборвался.

Впервые в жизни Фалеев испытал по-настоящему животный страх, который требовал от него скорее убраться. Он уже не был уверен, что собака жива. Но кто мог покуситься на жизнь Графа?

Крадучись, он вошел в ту квартиру, из которой донесся визг. Дощатого пола здесь еще не было, только голый бетон, и потому Егор мог двигаться тихо. Сквозь окно дальней комнаты, выходившей на фасадную сторону, в коридор проникал свет прожектора, отраженный от стены соседней блок-секции. И в контрасте с этим светом, в остальных комнатах чернота еще больше сгущалась.

Из дальней комнаты опять послышался шум и звуки, похожие на скулеж.

«Так ты жив, малыш! — обрадовался Егор. — Только почему ты не бежишь ко мне? Ведь я здесь!.. Что тебе мешает?»

Он хотел позвать собаку, но страх, казалось, стал еще гуще, заставил Егора прикусить губы. Он начал продвигаться вперед мелкими шажками. И чем ближе подходил к комнате, тем страшнее ему становилось. Рука его случайно нащупала кирпичи, сложенные в аккуратную стопку. Взял один. В какой-то момент Фалеев решил, что было бы правильнее сейчас уже не таиться, а ворваться в комнату с криком, используя преимущество неожиданности. Так он и поступил. Держа кирпич наизготовку, впрыгнул внутрь и заорал. Но, впрочем, тут же заткнулся.

Из-за широкого балконного проема в этой комнате было достаточно светло, чтобы Фалеев совершенно отчетливо увидел фигуру человека, стоявшего посреди, спиной к нему. Человек пошатывался, ноги его были необычно широко расставлены, как будто он боялся упасть. А еще здесь был Граф. Испуганно зажавшийся комочком в угол, пес завыл, увидев хозяина.

Фалеев снова закричал:

— Эй, ты! А ну отойди от собаки!

Но незнакомец, казалось, не слышал ни этого крика, ни предыдущего.