Читаем Люди страны чудес полностью

— Тема моей дипломной работы «Извлечение фенола из водных растворов при помощи ионитов». Мне бы очень хотелось, чтоб темой моей дальнейшей работы была эта же проблема, проблема обезфеноливания сточных вод.

Александр Артемьевич Типикин, бывший тогда главным инженером, поддержал ее. На заводе была создана специальная лаборатория. Вернее, выделили комнату, а все остальное Галя собирала с миру по нитке. Тогда, в самом начале, работы не планировались, не финансировались, и все делалось на энтузиазме.

Долго собирали установку для изготовления смолы. Никак не могли найти реактор. Кладовщик дважды любезно отказывал.

— Мне не жалко, не мое, был бы — с удовольствием отдал.

— А давайте посмотрим, может быть, где-то завалялся, — просила Галина.

— Мне ведь лучше знать.

— Я только посмотрю, а вдруг…

Галина вошла в склад. Реактор нашелся. Он валялся в углу, придавленный грудой заржавленных железяк. Галине очень хотелось тогда надеть этот реактор на мясистую голову кладовщика.

Смонтировали установку. Потом начались поиски сырья для изготовления смолы. На лабораторные опыты ее требовалось совсем немного — килограмм-два, а пришлось ее искать долго. Тянулись дни, незаметно скопились в годы, в два с половиною года. В лаборатории ежедневно одно и то же. Схема. Рецепт. Режим. Запись в тетрадь и опять опыты.

Требовалось получить в лаборатории ионообменную смолу: золотистые шарики. Одним из интересных свойств является ее избирательность: при контакте с раствором, в котором содержится несколько веществ, она должна извлекать какое-нибудь одно из них.

И вот четыре последовательно соединенные стеклянные трубочки заполнены зернистой смолой. В углу, в огромных бутылях, сточная вода, темно-коричневая, как крепко настоянный чай, — в каждом литре такой воды десять граммов фенола. По шлангу она поступает в трубочку, потом во вторую, третью, фильтруется. Смола, как губка, жадно поглощает фенол.

Осенью были проведены последние испытания.

Результаты самые отрадные: смола хорошо поглощала фенол. 180 килограммов драгоценного химического вещества, уходящего ежесуточно в отходы, будет возвращено по назначению. 180 килограммов в сутки, 5400 — в месяц, 64 800 — в год!

Один килограмм фенола стоит семьдесят копеек. Но никто еще не подсчитал, какой огромный вред наносят эти килограммы природе. Сколько стоит горсть чистой воды в Каме или вот этот в трепете черемух рассвет на ней?

Приближался отпуск. Нужно было съездить за Каму, снять в деревне комнату: там собиралась Галя провести свой отпуск с двухлетней Любашей.

На пристань шла пешком. Старенький речной трамваишко, отчаливая, долго барахтался, силясь одолеть течение, а его сносило в сторону, и он хитрил, переходя реку наискось.

Кама была спокойная, ласковая, только кое-где ветерок собирал в гармошку ее тугое полотно.

И вспомнилась Гале другая Кама. Сердитая, возмущенная. Во время весеннего паводка, в день спуска сточных вод из пруда-накопителя.

Галина была тогда далеко от берега. А в стороне от нее на моторке делала замеры девушка из санэпидстанции.

Кама шарахалась на берега, словно стараясь отбросить обратно мутные стоки. Хлестал по лицу дождь, бежал за воротник плаща, за голенища сапог. Моторчик захлебывался от бессилия. И никого не было на Каме, только они, двое.

А сейчас Кама была спокойная. И людей на ней было тьма тьмущая. Возможно, среди них наслаждался погожим деньком начальник цеха, тот самый, который ответил, когда она потребовала прекратить спуск сточных вод:

— Природа, красота… Все это косметика, дорогая. У меня не частная лавочка. У меня химия, государственный план.

…Отпуск пришлось перенести. Галину пригласили в Москву на Всесоюзную конференцию ученых выступить с докладом. Доклад ее одобрили, задали много вопросов. А после этого на имя директора завода пришли десятки писем: из Волгограда, Казани, Киева. Пришло письмо из ГДР. Руководители предприятий просят прислать результаты испытаний.

Наконец пришло такое письмо: «В настоящее время в Гипроорхиме по данным вашей работы проектируется цех обесфеноливания».

В маленькой лаборатории поиски продолжаются.

Выдан рецепт по извлечению анилина.

За одну стадию обработки концентрация стоков, содержащих анилин, снижается в сто раз.

На очереди еще одно ядовитое вещество — ксантогенат калия, выхлопные газы — сероуглерод и сероводород.

В маленькой, единственной на предприятиях области, лаборатории поиск продолжается.

Так и осталось неотправленным письмо Леониду Леонову, так и не знает писатель, что на защиту природы, на выручку красавице Каме спешит молодежь. Но Кама уже чувствует дружескую руку, руку и мысль молодого ученого-практика с добрым и умным сердцем.

Все сложно переплетается в индустриальном пейзаже. Корпуса громоздятся друг над другом, панорама ширится, не умещается в окне, мне виден как бы фрагмент большой картины, разграфленный переплетами рамы.

Знакомство с шахтой мы начали в кабинете главного инженера калийного рудника, Евгения Алексеевича Перминова.