Читаем Любовь волка полностью

Теперь я был не просто зависим от своей жены, а стал ее частью, ее продолжением. Та неделя тихого семейного счастья после стольких дней дикого и неконтролируемого ужаса за Машу стала лучшим временем в моей жизни. Только вдвоем, вдалеке от всех проблем, в одном из красивейших мест этого мира мы по-настоящему были счастливы. Дни, пролетающие за постоянными тренировками, сменяли жаркие, полные страсти ночи, когда мы наконец-то могли осуществить все наши скрываемые ранее фантазии и сдерживаемые желания. Наслаждаясь друг другом, мы упивались каждым прожитым здесь моментом, и я совсем забыл о реальном мире. Новость о наступлении Костемниса заставила меня разозлиться, но настоящую, застилающую глаза ярость я испытал, увидев послание Лефины, которая посмела угрожать моей жене!

Сделав все нужные приготовления, мы выдвинулись на рассвете. Внешне спокойный и собранный, я, слыша тихие перешептывания о собственной смелости, на самом деле просто сходил с ума от страха! Ведь рядом со мной шла та, ради которой я бы с радостью умер, лишь бы не подвергать ее жизнь такой опасности. Зная о Машиной упертости и ее любви к моей матери, я не рискнул последовать примеру Василия, поэтому взял с нее обещание, выполнить которое она не смогла…

Все произошло за какие-то считаные секунды. Казалось бы, вот только что Маша стояла рядом со мной и счастливо смеялась над возмущенной подругой, как позади нас раздаются какие-то звуки, в Кира вонзается молния, а моя окровавленная жена со скоростью, доступной лишь магам, несется на троих отступников и, активировав портал, сжигает их в своем огне! Кровь льется из многочисленных ран на ее шее, пропитывая одежду, заливая руки, волосы и вытягивая из нее самое главное – жизнь. Обреченность в ее глазах только добавила мне злости, когда я пытался пробить этот защитный барьер, но все было зря.

После того как купол все-таки пал, я упал вместе с ним. Она сгорела в своем собственном огне, чтобы спасти нас! Умерла от зубов лгуньи, давшей мне клятву верности! Луна! Я видел ее полные боли глаза, когда Маша в последний раз смотрела на меня. Ее грустную улыбку, ее слезы, катящиеся по обескровленным белым щекам, а еще я знал, что это конец. Конец всего.

В тот день я умер вместе с ней. Мое сердце, которое все еще по инерции билось в моей груди, больше не ощущало жизни. Не знаю, сколько я тогда провалялся на мокром снегу рядом с выгоревшей землей, глядя, как сильный ветер разносит серый пепел, оставшийся от моей любимой женщины. Плакал ли я тогда? Я рыдал. Я убивался по той, что завещала мне жить. Зачем? В чем теперь смысл моей никчемной жизни? Почему она поступила со мной так жестоко? Как я мог вообще позволить ей прийти в это место?! Луна…

Я смутно помню, как возвращался во дворец и что делал следующие три дня. Все, что я ощущал, это огромную, нестерпимо болящую рану в моей груди, которая уже не затянется никогда. Самый сильный воин Кардании в одночасье превратился в безумца! Я орал во все горло, пытаясь хоть как-то облегчить свои страдания, но добился лишь того, что мой голос сел. Я перекидывался из одной своей сущности в другую, но волк, живущий во мне, тоже хотел умереть, забыться в вечной пустоте и никогда не возвращаться обратно. Мне стали не нужны ни власть, ни богатство, ни друзья, ни мать…

Все, чего я хотел, было неосуществимо. Сначала я пытался спать. И тогда видел ту, что забрала вместе с собой весь смысл моей жизни, оставив лишь жалкое существование на грани сумасшествия. Я тянул к ней руки, звал, просил, умолял, но она всегда отвечала отказом. И тогда я перестал спать. Слишком тяжело для меня проходили первые часы реальности. Перестал есть, спрятался ото всех в своих комнатах, но каменные стены давили так сильно, что я скрылся. Позорно покинул столицу под покровом ночи в сущности волка, который отчаянно пытался убежать от самого себя. Пять дней непрерывного бега слились в один. Как оказался у нашего дома в горах, я не помню. Просто в какой-то момент самый любимый запах полевых цветов ударил мне в нос, заставив сесть от неожиданности. Так пахла теплая кофта, которую Маша забыла на одном из кустов много дней назад. Сил куда-то бежать уже не было, поэтому, свернувшись в клубок, я уткнулся в нее носом, жадно вдыхая родной аромат, а из моих звериных глаз лились горькие, нескончаемые слезы.