Читаем Любовь навеки полностью

Всю дорогу до Гемпшира шел проливной дождь. Не желая вымокнуть до нитки, Грэм предпочел пересесть в экипаж, в котором ехали Пенелопа и дети. Он предлагал отправиться в гости в двух колясках, чтобы взять с собой гувернантку и няню, которые могли бы присматривать за Голди и непоседливой Александрой, но Пенелопа решила ехать вместе с детьми, предпочтя их общество тишине и покою. Когда в экипаж вынужден был сесть Грэм, в нем совсем не осталось свободного места, поэтому все сидели, тесно прижавшись друг к другу.

Однако в дороге им скучать не пришлось. Лорд Тревельяи был неистощим на шутки и выдумки. Позаимствовав у Пенелопы ленту, он показал Александре, как играть в «веревочку», а потом разучил с ней слова одной залихватской песенки, слегка отредактировав их, и они долго распевали ее во весь голос.

Веселая компания добралась до поместья, когда время обеда уже миновало. Леди Аделаида и ее муж, сэр Брайан, вышли в салон, чтобы поздороваться. У сестры Грэма загорелись глаза, когда она увидела младенца на руках Пенелопы. Аделагида была беременна и, наверное, поэтому долго с умилением смотрела на белокурую головку Голди. Расцеловав брата и его жену, она опустилась на колени перед племянницей и крепко обняла ее. Когда Пенелопа заявила, что детям пора спать, Аделаида сказала, что сама хочет уложить их. Взяв Голди на руки, она повела Александру и Пенелопу в приготовленную детскую.

Поручив служанкам согреть простыни и распаковать багаж детей, Аделаида раздела девочек и с помощью Пенелопы искупала их, явно наслаждаясь этим занятием. Уже через несколько минут женщины чувствовали себя подругами.

Поднявшись на второй этаж, чтобы узнать, куда запропали их жены, виконт и сэр Брайан застали их за оживленной беседой. Пенелопа и Аделаида разговаривали с таким упоением, как две сестры, встретившиеся после долгой разлуки. Дети крепко спали в своих кроватках, и взрослые перешли в соседнюю комнату, где горничная раскладывала вещи Пенелопы.

Здесь Аделаида рассказала о том, как старший брат, будучи еще совсем маленьким, впервые попробовал виноградного вина. Пенелопа долго смеялась над ее рассказом. Грэм любовался румянцем, выступившим на ее бледных щеках. От пара, поднимавшегося от горячей воды, которую служанки приготовили для детской ванны, завитки волос на лбу Пенелопы стали влажными и прилипли к коже, ее глаза сияли. Давно уже Грэм не видел в них такого живого блеска. Он не сводил с жены восхищенных глаз, чувствуя, как в нем вновь нарастает желание.

Заметив, что брат необычно молчалив, и проследив за его взглядом, Аделаида тронула Тревельяна за рукав.

– Может быть, вы проголодались? – спросила она гостей. – Я могу предложить вам холодный ужин, если вы...

Грэм покачал головой:

– Мы останавливались в «Золотом гусе». Не нарушай из-за нас свой обычный распорядок. Поездка была утомительной – боюсь, что Пенелопа совсем выбилась из сил.

Аделаида с улыбкой посмотрела на свою новую подругу, полагая, что брат сильно преувеличивает. Добраться из графства Суррей в Гемпшир было совсем несложно. Но Пенелопа, как будто ничего не слыша, рассеянно наблюдала за мерцающим пламенем лампы, висевшей на стене. Аделайду растрогала скромность невестки, которая старалась не замечать устремленного на нее страстного взгляда мужа. Встав, она пожелала гостям спокойной ночи и, взяв сэра Брайана под руку вышла из комнаты, в которой должны были ночевать супруги Тревельян.

Грэм увидел, что от лица Пенелопы отхлынула кровь, как только за хозяевами дома закрылась дверь. Стараясь не смотреть на мужа, она поспешно подошла к дорожным сундукам, однако слуги уже успели распаковать их и аккуратно разложить вещи по своим местам. Мысль о том, что сестра предоставит ему и Пенелопе одну комнату на двоих, даже не приходила виконту в голову.

– Пенелопа, – промолвил он и замолчал, не зная, что сказать дальше.

Она повернулась и взглянула на него. Грэм уже успел снять сюртук и развязать шейный платок. На нем были белая рубашка свободного покроя и элегантный жилет из светло-золотистой парчи, который подчеркивал ширину его плеч. В этой одежде он походил на пирата. Пенелопу охватило сильное желание погладить жесткие посеребренные сединой волосы мужа. Почему он так коротко стрижется?

– Я скажу Аделаиде, что мой храп беспокоит вас, и попрошу выделить мне отдельную комнату. В этом доме много свободных апартаментов, – промолвил сэр Тревельян. Эти слова вырвались у него помимо его воли.

Сначала на лице Пенелопы появилось выражение облегчения, но потом она на минуту задумалась и покачала головой:

– Нет, думаю, что вашей сестре это не понравится. Если мое присутствие не слишком раздражает вас, нам следует научиться вести себя как муж и жена. Мы не можем каждый раз, когда приезжаем к кому-нибудь в гости, просить, чтобы нам предоставляли отдельные комнаты.