— Нет, все нормально, — соврала Ольга. — Хотя, тут из Снитыново звонили… Партнеры. Что-то там у них с предохранителями или с катушками, я не очень поняла.

— Ну, так пошли их куда-нибудь подальше. Или в задницу, или ко мне! — хохотнул шеф. — Ладно, я по другому делу. Ты по статье у Андрея не спрашивала?

— Спрашивала, — вздохнула Оля. — Говорит, материал заказной. Кто заказывал — не известно… Оффшорный платеж… Он обещал сделать все, что в его силах.

— Но статья-то выйдет? Я имею в виду, где-то в ближайших номерах. Или как?

— Ну конечно, за нее же заплатили, — вяло ответила Ольга. — Хотя Андрей обещал постараться…

— Понятно… — непонятно что стало понятно Сергею Владимировичу. — Ну и хорошо.

— Может, заранее подготовить юридическую базу? — предложила Ольга. — В смысле, по статье этой…

— Зачем? — не понял Лебедев.

— Ну, что мы им по этой статье предъявим, — разъяснила Ольга. — Хотя, честно говоря, предъявить мы мало чего сможем. Клевету можно попробовать, вторжение в личную жизнь. Может, еще что-то. Я по гражданскому праву давно не работала. Надо освежить.

— Не надо, — почему-то вдруг повеселел шеф. — И вообще, — еще больше повеселел он. — Не парься. Забудь на время.

— Что вы, Сергей Владимирович задумали? — спросила Ольга, которая хорошо знала своего шефа.

— Пока-пока… — и в трубке раздались короткие гудки.

Ольга подняла глаза на монитор, еще раз перечитала письмо и тоже удалила. Не понравилось ей это письмо.

— Не так надо писать, — пробормотала под нос Ольга. — По-человечески надо писать, или как там говорил «партнер»… По-людски.

И она открыла новое, пока еще пустое письмо.

From: Olga

То: Andrew

Привет!

Знаешь, я в своей жизни дружила совсем с немногими. Странно, правда? Я ведь всегда была очень коммуникабельной девочкой. Но вот с друзьями не складывалось раньше, да и теперь не очень складывается. Есть, конечно, какие-то подружки, приятельницы, знакомые… Но мало с кем из них я могу поговорить по душам. И еще меньше я могу им рассказать. Потому что, говоря юридическим языком, все сказанное мной может быть использовано против меня же.

А вот с тобой — совсем другое дело…

Мне кажется, я знаю тебя очень давно. Я с тобой совершенно откровенна. Я верю тебе, хотя никогда тебя не видела. Это — небольшой недостаток. У меня по этому поводу возникает чувство пустоты и как бы это сказать… неуютно мне как-то от этого. Если мы увидимся, то боюсь, мы станем зависимы Мы сразу же станем «обязаны» друг другу… Замкнутый круг. Но все равно…

Я хочу встретиться с тобой (стерто) Хочу тебя увидеть (стерто) я, наверное… (стерто)

Best regards,

Olga

И снова зазвонил телефон.

— Да что за день-то такой! — воскликнула Ольга. — Как с цепи все сорвались!

Перечитала письмо и… снова стерла.

— Извини, — сказала она монитору, — никак, видишь ли, не получается. Просто все надо мной издеваются! Запарили просто!

И подняла трубку. Снова звонили какие-то «партнеры» из какого-то непонятного населенного пункта. Вроде бы, судя по номеру, из другой страны. Но со стандартными жалобами. Письмо пришлось отложить на неизвестный срок.

Глава 10

Андрей сидел у монитора. Работать не хотелось. Статью о Лебедевой читать не хотелось. Другие статьи тоже читать не хотелось, хотя и нужно было это делать. Хотелось нажать кнопку «Отправить и получить», но это было глупо и бесполезно. В комнату заглянул сияющий Юрий. Он потер ладони и почесал кончик носа. Андрей понял, что у друга появилась новая идея. И, естественно, гениальная, а какая же еще?

Надо сказать, что Юрий был его другом с детства. Ну, скажем, даже не с детства, а с того времени, которое тогда называли «переходный возраст», а сейчас — «тинейджерство».

Тогда они, два малолетних дурака, записались в секцию альпинизма. Родителям, естественно, не сказали. Андрей знал, что его мама упала бы в обморок, представив сына, болтающегося на страховочном канате под Эльбрусом или на Пике Коммунизма. Как оказалось впоследствии, мама Юры Трофименко была бы с ней солидарна.