Читаем Любить, чтобы ненавидеть полностью

— Очень рада, что вы нашли время приехать к Ладиславу домой. На работе, я думаю, он очень официален, — сказала она и взъерошила сыну волосы.

Кате так понравился этот жест, сделанный в присутствии гостьи, что она невольно улыбнулась, и обе женщины, как по команде, потянулись друг к другу, расцеловались. Давно забытое тепло разлилось по всему телу, принесло облегчение и раскованность.

Обед прошел в непрерывных шутках, расспросах, воспоминаниях. Потом пани Камила заторопилась, быстро собралась, сказав, что должна поспеть на ужин к старшему сыну, но до этого помочь невестке испечь какой-то особенный пирог, рецепт которого очень сложен и требует немалого времени, почему и печется редко и только при ее участии.

Катя только сейчас узнала, что у Ладислава два брата — старший и младший, и оба женаты, лишь он один, неудачно женившись, засиделся в холостяках.

Когда Катя собралась уезжать, Ладислав неожиданно сказал:

— Катя, я прошу тебя… если ты хочешь… останься в этом доме хозяйкой, понимаешь… навсегда. Только не отвечай мне сейчас, подумай.

Она растерялась, покраснела и, опустив голову, не глядя на него, ответила:

— Милый, милый Ладислав, я к тебе очень хорошо отношусь и считаю тебя своим другом. Но этого совсем недостаточно, чтобы принять твое предложение. — Поразмыслив минутку, добавила: — Нельзя дважды войти в одну и ту же реку… Прости…

— Я понимаю… — тихо произнес он.

По дороге в гостиницу оба молчали.

Катя вышла из машины и, не закрывая дверцы, спросила:

— Ты не станешь сердиться на меня?

— Нет, Катя. Единственный человек, на которого я сердит, это я сам, но только тот, что был дураком много лет назад.

— По-русски говорят: что Бог ни делает, все к лучшему.

— Будем надеяться, что это так. До понедельника. Встретимся на работе.

Весь ноябрь Андрей провел в страшном напряжении, ежеминутно ожидая звонка биржевого брокера. И хотя процесс шел успешно, но, как это обычно бывает в биржевых спекуляциях, никаких гарантий никто не мог дать. Все могло произойти — и полный крах с разорением до копеечки, и грандиозный успех, и даже исчезновение брокера вместе со всем капиталом, что порой уже случалось. Правда, доверия к своему брокеру Андрей не терял, но по собственному опыту знал, что большие деньги способны даже на порядочного человека воздействовать не хуже психотропных средств — личность мгновенно трансформируется и впоследствии окончательно деформируется. Тогда можно ждать любого неконтролируемого, непредсказуемого поступка.

Он гнал от себя эти мысли, но они постоянно роились в голове и не отступали, лишая его покоя. Самое досадное было то, что ни прежде, ни сейчас он ни за что не пошел бы на подобную авантюру, если бы не любовь к Кате. Именно это рискованное предприятие имел в виду Андрей, когда сказал ей, что сделает все, чтобы они были вместе, и просил только дать ему время. Но если она вышла замуж за Ладислава или ринулась продолжить начавшийся когда-то, но так и не состоявшийся роман, то его рискованная авантюра, как он упорно называл про себя биржевую игру, теряла всякий смысл.

Порой Андрей просто не мог уснуть без снотворного, стал видеть странные сны, в которых все было перемешано и всегда трагично заканчивалось. С тяжелой головой шел на работу, сидел подолгу над решением элементарных задач.

Иногда его успокаивала мысль, что в любом случае, даже если Катя вышла замуж, он должен развестись с Данусей, расстаться с фирмой «АРКС», с Аркадием Семеновичем, найти, создать другой, свой собственный бизнес, получить наконец свободу. Только что он будет делать, свободный от Катиной любви, без надежды вернуть ее?..

В начале декабря в Средневолжск из Москвы пришла тревожная весть: позвонила мать Дануси, сообщила, что у брата случилось прободение язвы желудка и он доставлен в больницу. Все произошло сегодня утром. Шофер высадил Аркадия Семеновича по его просьбе, не доезжая до подъезда фирмы, потому что ему захотелось пройтись по первому выпавшему в эту зиму снежку. Он сделал несколько шагов и внезапно упал, потеряв сознание. Только в больнице выяснилось, что само прободение произошло достаточно безболезненно для пациента, но большая кровопотеря привела к обмороку Уровень гемоглобина катастрофический. И спасти его может только искусство хирурга.

Мать плакала навзрыд, рассказывая, что ей не велели ехать в больницу, что она сидит дома как на иголках и ждет оттуда вестей. Очень просила дочь приехать в Москву.

Дануся пересказала печальную новость Андрею.

— Собирайся, едем, — коротко сказал он и стал звонить, узнавать, когда по расписанию ближайший рейс в Москву.

Выяснилось, что быстрее добраться с пересадкой, чем ждать очередного рейса.

Андрей стал заказывать билеты, но его прервала жена:

— Я думаю, мне незачем ехать: помочь я не могу, только измотаюсь с этой пересадкой.

Андрей был ошарашен:

— Но после операции с ним постоянно должен кто-то быть. Ты могла бы подменять тетю и мать.