Читаем Любимый незнакомец полностью

Дани со встревоженным выражением лица откинулась на подушки. Она сложила на груди руки, волосы золотым венцом окружили ее бледное лицо. Она походила на святых, изображенных на витражах в церкви Богоматери Лурдской.

– Если я вам признаюсь, что я боюсь, вы будете меня презирать? – спросила она, помолчав.

– Нет, – сказал он и сел рядом с ней.

Она отодвинулась, освобождая для него место, но он ложиться не стал. Он тоже боялся. У него по коже до сих пор бегали мурашки.

– Я просто хотел предупредить вас, Дани.

– Утром мне больше не будет страшно. Но прямо сейчас я не хочу оставаться одна. И не хочу, чтобы вы снова шли на улицу без меня. Вы ведь этим хотели заняться?

Именно этим он и хотел заняться.

– Давайте вернемся туда вместе, – взмолилась Дани. – Завтра вечером. И я расскажу вам, кто этот человек. Его запах на диване еще не сотрется, и я смогу дать вам ответы.

Об этом он даже не думал, и от этой мысли пульс у него участился.

– Хорошо, мы пойдем туда завтра, – согласился он. – Тем более возле дома нет никакого укрытия, из которого можно было бы наблюдать за наружной лестницей.

Она с облегчением выдохнула и закрыла глаза.

– Но вам нужно вернуться к себе, – прибавил он. – Что, если тетушки решат проверить, где вы?

Дани приподняла голову и уставилась на него, наморщив лоб, словно он сказал что-то смешное.

– Вы ведете себя так, словно я ребенок, которому нужно подтыкать перед сном одеяло. Мне двадцать пять, мистер Мэлоун. Мои тетушки не заходят ко мне и не проверяют, в постели ли я. Это я проверяю, все ли у них в порядке.

– А мне сорок, мисс Флэнаган, – напомнил он в тон ей. – И потом, не забывайте, что Зузана страшная женщина. И Ленка тоже, хотя кажется безобидной.

– Мои тетушки так стары, что годятся вам в бабки. Никакой опасности они для вас не представляют.

– В этом я с вами не соглашусь. А вы годитесь мне в дочери.

– Бог мой, нет, не гожусь. Какой же вы все-таки старомодный, Майкл. Мы с вами обсуждаем смерть, убийства и обезглавливание, мы только что выпутались из весьма неприятной истории, но при этом вы нервничаете оттого, что я сижу в вашей комнате.

– Я не старомодный, – возразил он тоном безусловного приверженца традиционных ценностей, скинул ботинки и лег на кровать, скрестив на груди руки. Правда, лампу он не погасил.

– Не переживайте. Я не стану снова на вас набрасываться. Обещаю. Если честно, мне тоже неловко, – проговорила она тихим голосом.

Это его удивило.

– Я сам вас поцеловал, – буркнул он. – Вы на меня не набрасывались.

– Вы поцеловали меня, потому что злились… и еще раз потому, что не успели толком проснуться. А я поцеловала вас, потому что хотела этого. Оба раза. – Последние слова она, к счастью, проговорила, отвернувшись от него в сторону. У него не было возможности разглядеть выражение ее лица. – Но я вас больше не поцелую. Обещаю. Мы будем просто… друзьями. Мы ведь друзья, правда, Майкл?

Он не смог припомнить ни единой женщины, помимо своей сестры Молли, которую мог бы назвать подругой. В его чувстве к Дани не было ничего братского… или дружеского.

– У вас было много поклонников? – неловко спросил он. – Ухажеров?

– Было несколько, – ответила она.

– Несколько?

– Карл Раус мой ровесник, мы росли вместе. Одно время он ухаживал за мной. Мы с ним ходили на танцы и в кино, мы оба любим кино. Но я не встречала никого, кому бы кино не нравилось.

Ее голос звучал устало. Он знал, что его это совсем не касается. Но все равно не смог не спросить:

– Вы сказали, их было несколько.

– В прошлом году был еще один джентльмен, вдовец, многодетный. Он сразу сказал, что хочет еще детей. Я ничего не имею против детей. Но для него это была скорее сделка. Думаю, он счел, что я достаточно хорошенькая. Но если чувства нет, а есть одни только потребности, мне это не нужно. У меня есть тетушки. Есть дом. И работа.

– И ваши мертвецы.

– Вы ведь скорее молчун.

– Пожалуй что так.

– Но… когда дело касается меня, вы всегда высказываете свое мнение.

Так и было. Он ничего не мог с этим поделать и все еще не был готов окончить разговор.

– Сколько лет было… тому джентльмену?

– Примерно как вам. Он удивился, когда я ему отказала. Сказал, что лучшего предложения мне не дождаться.

Услышав это, он почувствовал ярость и едва удержался от того, чтобы вскочить с кровати и снова начать мерить шагами комнату.

– Каков наглец, – выдавил он.

– Почему? – изумленно спросила она.

– Предложил красивой девушке взвалить на себя заботу о его детях, греть ему постель и взбеленился, когда она ему отказала! Я бы с удовольствием догнал его в темном переулке и сбил с него спесь.

– Я сказала, что считаю его предложение очень лестным, но не могу его принять. И на этом все закончилось.

Он нахмурился:

– А паренек Раусов? Ему вы что сказали?

– Никакой он не паренек. Он меня старше на год. Он не предлагал мне за него выйти, но ему я бы тоже отказала. Он женат, у него скоро родится ребенок.

– А за него вы почему не пошли бы?