Читаем Лица эпохи полностью

В 1125 г., после смерти Владимира Мономаха, князья, собравшиеся на его похороны, устроили Совет князей, на котором обсуждалась проблема распрей и даже войны между князьями за право обладать киевским столом. Род Рюриковичей разросся, а княжеские войны несли разорение населению и ослабление государства. Необходимо было учесть пожелания дружины великого князя, а также киевских, новгородских, черниговских князей, тысяцких, посадников, горожан, купцов, а именно: избирать в дальнейшем великих князей только из рода Мономаховичей – прямых потомков Владимира II Всеволодовича Мономаха. Менялся и титул великого князя. Теперь он «Великий князь Киевский», а не как со времён Владимира Крестителя – «Великий князь Руси».

Княжения Владимира Мономаха, а также его старшего сына [(от дочери англосаксонского короля Гарольда II Гиды (Эдгиды), жены Владимира)] Мстислава I Великого (1125–1132) были временем восстановления, хоть ненадолго, единства Древнерусского государства. Православное имя Мстислава – Гавриил. В скандинавских сагах он Харальд. Сын был достойным преемником отца. Родился князь в 1076 г., а с 1095 г., т. е. с 19 лет, он уже правитель Новгорода и приобрёл заметную популярность, уважение и даже любовь строптивых новгородцев. Когда он в 1102 г. собрался уходить из Новгорода, вече не желало его отпускать.

Вся деятельность Мстислава как политика до начала великого княжения осуществлялась на Севере. Ещё со времени правления его отца – Владимира Мономаха установилась связь Руси с Чудью (так называлась южная часть современной Эстонии) и с Камской Булгарией на даннической основе. Это продолжалось и при Мстиславе. В 1112 г. Мстислав расширил границы Новгорода за счёт чудских земель.

С 1125 г., следуя политике усиления и объединения русских земель, Мстислав, уже как великий князь Киевский, занялся усмирением вновь появлявшихся на границах страны половцев, от грабительских набегов которых страдало русское население. Но одновременно он наказывал и тех князей, которые прибегали к помощи половцев при решении межкняжеских споров, в том числе и близкого своего родственника князя Всеволода. Он поклялся лишить его права на правление в Чернигове, и лишь Церковь убедила Мстислава не выполнять его реальную, вполне осуществимую угрозу.

Одновременно Мстислав, следуя объединительной политике, решил покончить с главным идеологическим и политическим противником этого процесса – Полоцким княжеством. Он выселяет, т. е. депортирует всех старших его князей, а также трёх их сыновей, двух внуков с жёнами и детьми на территорию Византии. «На семя» не остаётся в пределах Руси ни одного мужчины этого княжеского клана. Как тут не вспомнить судьбу Рогнеды, ставшей женой Владимира Святославича под именем Горислава.

Изгнав местных князей в Грецию, он отдал Полоцкое княжество своему сыну Изяславу. Но уже после смерти Мстислава произошли раздоры между Мономаховичами. Этим воспользовались полоцкие князья и снова заняли территорию своего княжества. Не дремали и сыновья Олега Святославича. Всеволод Ольгович, который владел до этого Черниговом, сделался великим киевским князем. Когда он заболел и понял, что умирает, он взял клятву с киевлян, что после него великим князем станет его брат Игорь. Но киевляне были преданы дому Мономаха. Бояре пригласили на стол Изяслава Мстиславича (1096–1154), а Игоря, которого после смерти брата Всеволода Ольговича во главе Киева они терпели лишь тринадцать дней, просто убили.

Призвание на стол Изяслава Мстиславича нарушило права его родных дядей – Вячеслава и Юрия; последнего потом назовут Долгоруким (1090–1157).

Юрий ещё ребёнком был отправлен вместе с братом Мстиславом в Ростов. В двадцать семь лет он уже княжил там единолично. Он захватил, правда, со второй попытки, Переяславль-Русский. Князь Юрий получил прозвище Долгорукий, потому что постоянно участвовал в межкняжеских спорах и даже войнах, пытаясь отнять у кого-то земли, доказывая, что они должны принадлежать ему – возможно, и не без основания: ведь по законам того времени власть великого князя передавалась не старшему сыну, а старшему в роде.

Юрий упорно боролся за Киев. Два раза изгонялся Изяслав из Киева Юрием, но вскоре он туда снова возвращался. Изяслав уступил Киев другому своему дяде, Вячеславу, потому что под его именем смог править Киевом до конца своих дней.


Памятник Юрию Долгорукому в Москве


Юрий Долгорукий не оставлял мечты оказаться на киевском столе. Эта мечта осуществится. В 1155 г. он станет великим князем, но через два года умрёт после пира у боярина Петрилы. Украинские исследователи доказали, что князь был отравлен. Киевляне не любили Юрия. После его смерти была разграблена его княжеская усадьба.

Юрий был женат дважды. Первый раз – ещё при жизни отца – на половецкой княжне, дочери хана Аепы, от которой родился сын Андрей (Боголюбский). После смерти первой жены он женился на дочери византийского императора Иоанна Комнина. От гречанки он имел трёх сыновей – Василия, Михаила, Всеволода (дед Александра Невского).

Перейти на страницу:

Все книги серии История Российского государства: От истоков до монгольского нашествия

Первоисточники
Первоисточники

Библиотека проекта «История Российского Государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники мировой литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.«Повесть временных лет», древнейший из дошедших до нас летописных сводов, занимает особое место в истории русского самосознания. Это важнейшее свидетельство, в котором отразились представления книжников начала XII в. о возникновении Руси как государства и происхождении правящей династии.В «Галицко-Волынской летописи» описания битв и «остросюжетных» политических интриг переплетаются с частными семейными делами, сообщениями о беспокойной жажде деятельности во славу отечества. В центре повествования стоит фигура великого князя Даниила Романовича Галицкого, – одновременно эпический и романтический образ незаурядного правителя и дипломата…

Борис Акунин , Коллектив авторов -- История , Автор неизвестен -- Древнерусская литература

История
Голоса времени
Голоса времени

Библиотека проекта «История Российского Государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники исторической литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.Книга, которую вы держите в руках, позволяет услышать живые голоса «домонгольской» эпохи – не далеких от суеты книжников-летописцев, а поэтов, мыслителей, проповедников и законотворцев. Взволнованную речь образованного и нравственного политика митрополита Илариона – в «Слове о Законе и Благодати». Классическую средневековую беседу многоопытного человека с потомками – в составленном дьяконом Иоанном «Изборнике 1076 года» и «Поучении» Владимира Мономаха. Человек XXI века оценит лиричность «Сказания о Борисе и Глебе», афористичность и «скоморошье балагурство» «Слова Даниила Заточника» – шедевра эпистолярного жанра, – прекрасный лаконичный язык «Русской правды» – ценнейшего свидетельства русской юридической мысли. Психологизм «Повести об убиении Андрея Боголюбского» заставляет переосмыслить жанр житий, а сюжет «Пряди об Эймунде» – сравнить трактовки одних и тех же событий монастырскими книжниками и слагателями западных светских саг. И особенно знакомо звучит голос самого загадочного и знаменитого анонима Древней Руси – автора «Слова о полку Игореве».В формате pdf A4 сохранен издательский дизайн.

Борис Акунин , Коллектив авторов -- История , Автор неизвестен -- Древнерусская литература

История
Лица эпохи
Лица эпохи

Библиотека проекта «История Российского государства» – это рекомендованные Борисом Акуниным лучшие памятники исторической литературы, в которых отражена биография нашей страны, от самых ее истоков.Сборник «Лица эпохи» – это блестящая галерея русских исторических деятелей – князей, монархов, летописцев, священнослужителей, полководцев и святых. В издание включены избранные главы из книг крупнейшего русского историка В. О. Ключевского «Исторические портреты», классического труда «Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей» основоположника русской исторической мысли Н. И. Костомарова и выдающегося исследования «Допетровская Русь О. П. Федоровой.

Геннадий Борисович Ярославцев , Николай Иванович Костомаров , Василий Осипович Ключевский , Александр Викторович Мелехин , Ольга Петровна Федорова

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История

Похожие книги

Бозон Хиггса
Бозон Хиггса

Кто сказал что НФ умерла? Нет, она затаилась — на время. Взаимодействие личности и искусственного интеллекта, воскрешение из мёртвых и чудовищные биологические мутации, апокалиптика и постапокалиптика, жёсткий киберпанк и параллельные Вселенные, головокружительные приключения и неспешные рассуждения о судьбах личности и социума — всему есть место на страницах «Бозона Хиггса». Равно как и полному возрастному спектру авторов: от патриарха отечественной НФ Евгения Войскунского до юной дебютантки Натальи Лесковой.НФ — жива! Но это уже совсем другая НФ.

Ярослав Веров , Павел Амнуэль , Антон Первушин , Евгений Войскунский , Игорь Минаков

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Фантастика / Научная Фантастика / Фантастика: прочее / Словари и Энциклопедии
Отпечатки жизни. 25 шагов эволюции и вся история планеты
Отпечатки жизни. 25 шагов эволюции и вся история планеты

Автор множества бестселлеров палеонтолог Дональд Протеро превратил научное описание двадцати пяти знаменитых прекрасно сохранившихся окаменелостей в увлекательную историю развития жизни на Земле.Двадцать пять окаменелостей, о которых идет речь в этой книге, демонстрируют жизнь во всем эволюционном великолепии, показывая, как один вид превращается в другой. Мы видим все многообразие вымерших растений и животных — от микроскопических до гигантских размеров. Мы расскажем вам о фантастических сухопутных и морских существах, которые не имеют аналогов в современной природе: первые трилобиты, гигантские акулы, огромные морские рептилии и пернатые динозавры, первые птицы, ходячие киты, гигантские безрогие носороги и австралопитек «Люси».

Дональд Протеро

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература