Читаем Лица эпохи полностью

Древние источники свидетельствуют о том, что подобный «мистический опыт» общения с Верховным божеством стал для Чингисхана привычным, его «обыкновением». И делалось это, в том числе, и для того, чтобы воодушевить своих подданных, укрепить в них веру в правоту совершаемых ими деяний, во вспомоществование Небесного Владыки. Н. С. Трубецкой, анализируя побуждающие моменты действий Чингисхана, писал: «Будучи лично человеком глубоко религиозным, постоянно ощущая свою личную связь с божеством, Чингисхан считал, что эта религиозность является непременным условием той психической установки, которую он ценил в своих подчиненных. Чтобы бесстрашно и беспрекословно исполнять свой долг, человек должен твердо, не теоретически, а интуитивно, всем своим существом верить в то, что его личная судьба, точно так же, как и судьба других людей и всего мира, находится в руках высшего, бесконечно высокого и не подлежащего критике существа; а таким существом может быть только Бог (Всевышний)…»

По возвращении из победоносного похода в Северный Китай Чингисхан приступил к ликвидации серьезной угрозы западным рубежам Великого Монгольского Улуса, которая возникла в результате захвата власти в государстве кара-киданей Хучулугом, сыном последнего найманского правителя Таян-хана. Хучулуг не только вынашивал планы возврата бывших найманских земель, но и стремился привлечь под свои знамена остатки недобитых Чингисханом мэргэдов, а также недовольных своим вассальным положением «лесных» народов, в том числе хорь тумэдов, киргизов, дабы единым фронтом выступить против Великого Монгольского Улуса.

Статуя Чингисхана. Улан-Батор. Монголия

В то же самое время, когда проводились указанные выше операции, произошли события, которые решающим образом повлияли как на будущее самого Великого Монгольского Улуса, так и на судьбы народов и государств Средней и Юго-Западной Азии, Закавказья, Восточной Европы, в первую очередь Руси.

А началось все с прибытия в 1215 году в окрестности Чжунду (нынешний Пекин), где в то время еще находился Чингисхан, посольства хорезмшаха, государство которого к этому времени достигло пика своего могущества. Глава хорезмийского посольства Беха ад-Дин-Рази передал Чингисхану предложение султана Мухаммеда установить добрососедские отношения и развивать взаимовыгодную торговлю. Это предложение полностью соответствовало тогдашним стремлениям Чингисхана, и он дал свое согласие на предложение хорезмшаха. Однако в процессе дальнейших действий обеих сторон им стали предельно ясны истинные интересы и замыслы друг друга. Впрочем, если современники этих событий, а вслед за ними и нынешние исследователи едины во мнении, что хорезмшах, уже тогда замышлявший завоевание Китая, отправил своих послов, прежде всего, для того, чтобы убедиться в истинности слухов, доходивших до него из этого региона, и выведать информацию о боевой силе Великого Монгольского Улуса, то в отношении планов Чингисхана (во всяком случае, до трагических событий в Отраре) и причин похода на державу хорезмшаха такого единства нет.

Источники же говорят о следующем: Чингисхан отправил к хорезмшаху свое посольство, которое «имело целью стремление к установлению отношений мира, дружбы и к следованию путем доброго соседства. Послы сказали: «Великий хан приветствует тебя и говорит: “От меня не скрыто, как велико твое дело, мне известно и то, чего ты достиг в своей власти. Я узнал, что твое владение обширно и твоя власть распространилась на большинство стран земли, и поддержание мира с тобой я считаю одной из своих обязанностей. Ты для меня подобен самому дорогому моему сыну. Не скрыто и для тебя, что я завладел Китаем и соседними с ним странами тюрок и их племена уже покорились мне. И ты лучше всех людей знаешь, что моя страна – скопища войск и рудники серебра и в ней столько [богатств], что излишне искать какую-либо другую. И если сочтешь возможным открыть купцам обеих сторон путь для посещения, то это [было бы] на благо всем и для общей пользы”».