Читаем ЛитПремьера: Современная малая проза полностью

Надо сказать, диплом этот обошёлся мне очень дорого! Нет, конечно, не в смысле денег. Эта корочка нисколько мне не стоила, т.е. досталась даром. А вот чтобы даром её получить пришлось мне, конечно, потрудиться! Ну, чтоб окончательно стать искусствоведом, узким и широким специалистом. Тут я сознаюсь вам, сперва думал защитить диплом – дело пустяшное: ничего нового и придумывать не надо (это ж не картину писать, да ещё маслом!!!), всё уже написано и переписано давно, остаётся только всё заново перечитать и переписать: здесь абзац убрать, а там прибавить. И всё – и шито-крыто. Аннет. Видите ли, профессорам нашим не нравились темы, которые я выбирал. Говорили, мол, сомнительные они какие-то. Вот послушайте: «Зелёный цвет в творчестве И. Шишкина» или вот ещё: «Синий – в творчестве И. Айвазовского». Были и посложнее: «Голубой – в творчестве Пикассо» и «Чёрный – в творчестве Малевича». Но последние мне даже и вовсе запретили, сказали, что их я уж точно не осилю. Вот как! Не осилю! Надо же! Ну, думаю, что ж я здесь столько лет околачивался и не смогу какой-то диплом написать! Ну, уж не-ет! Меня так просто не сожрёшь!

И начал я думать, какую же такую тему мне забацать, чтоб у моих профессоров не возникло ни капельки сомнения в моих умственных способностях по искусствоведческой части. И вот, думал я, думал. Несколько ночей не спал, похудел даже. Забыл о своих любимых пирожках с картошкой. И вместо обычных 92 кг стал весить не больше 88. Да-а, тяжёлая жизнь для меня настала, скажу я вам. И вот однажды утром меня словно озарило: «Розовая мечта французских мастеров»! Я быстро набросал план своей будущей работы и помчался в университет, чтоб услышать все «за» и «против». И к моему великому удивлению тему утвердили! А дальше всё как по маслу: читал-перечитывал, выписывал-вставлял. И всё – работка моя готова! Теперь вспоминаю только слова ректора: «Молодец, Тетёркин! Молодец!» А затем рукопожатия. Цветы. Овации. Голуби. Мы их в небо запускали, ну, это так на память (чтоб их!) Чувствую я себя вполне счастливым. Снова свои 92 набрал. В общем, доволен.

Только вот недавно со мной произошёл пренеприятнейший случай. Было дело этой весной, а точнее в мае, когда птички поют, уже тепло и даже припекает. В общем, свежо, тепло, самая пора обновления. Именно тогда решил я устроиться на работу. И ни куда-нибудь, а в галерею. Я ж всё-таки искусствовед широкого и узкого профиля. Любая, какая ни наесть галерея обязательно запретендует на собственную мою персону. И вот однажды прихожу я в галерею Н, чтобы поговорить о том, о сём, о том, например, какие дела нынче творятся в искусствах. Конечно же, я надеюсь, что обязательно спросят моего мнения в широком и узком смысле. Но какая же большая неожиданность для меня была, даже в своём роде некоторая неприятность, когда я узнал, что директор этой самой галереи никто иной, как просто-напросто художник. «Как?! – думаю я, – как такое вообще может быть?! Директор галереи и совсем не искусствовед и вовсе даже не узкого и широкого профиля?!» – возмущался я, конечно, про себя и нисколько не в слух. Но ещё большие неприятности для меня начались, когда он спросил: «Вы за кого? Поведайте мне как другу, вы за кого, за художников-реалистов или за так называемых „современных“? Вы должны определиться за кого именно вы, к какому лагерю примыкаете!» Меня смутил не только сам вопрос, но и то, с каким напором, настойчивостью и непоколебимостью задал его собеседник. Я настолько смутился, что вместо слов: вы за кого? За реалистов или за современных, мне почему-то послышалось: «за красных или за белых?» А собеседник мой, не получив внятного и нужного для себя ответа, так и не утвердил мою кандидатуру.

Я пришёл домой совершенно разбитый, уничтоженный всего лишь одним вопросом: «вы за кого?» А я надеялся побеседовать о том, о сём, какие дела нынче обстоят в искусствах, вспомнить про зелёный цвет Шишкина и розовую мечту французов. Оказалось, что всё это совершенно никому не нужно. От меня требовался утвердительный ответ фаната: «За красных», в смысле, «За реалистов». А я почему-то не смог, растерялся. Надо было говорить: «No pasaran! Победа будет за нами!» А я безмолвствовал. Почему?! – вертелось у меня в голове. Истощенный и обессиленный я неожиданно заснул…

«Ты за кого?!» – кричал во всю глотку красный директор, скачущий на лихом красном коне и вовсю размахивающий такой же огненно-красной шашкой. Навстречу ему летело непонятное существо, снежно-белого цвета, нельзя было сказать, что бесформенное, скорее постоянно меняющее свои очертания, то геометрически точные, то абстрактно размытые. И вот настал момент великого рубища! Красный директор изо всех сил бился с белоснежным существом и при этом всё время оглядывался в мою сторону: «Ты за кого?!»…

Я не выдержал. Проснулся. Был уже вечер. Я посмотрел в окно и увидел розовый закат. Он был прекрасен.