Сентября 16 (Замість 16 було 3.Виправлено рукою Котляревського.-Ред.) 1826 года.

Сие верящее письмо

принадлежит

господину титулярному советнику

Высочину.

9. До Т. Ф.Височина[9]

В Алешк[и] к Высочину.

Сентябр[я] 17 дня 1826.[Полтава] .

Милост[ивый] государь Трофим Федорович.

На почтенное письмо Ваше, от 24-го июля сего года ко мне писанное, сим имею честь Вас известить: что хоть покойный Михаил Леонтьевич Жуковский был родный по матери моей дядя мне, следовательно, ближайший родственник мой, и я природный наследник всего его движимого имения и оставшихся денег, но сохраняя в ненарушимости волю умершего, не вхожу ни в какие притязания, но в рассуждении духовной на завладение движимостию предоставляю все одеяние, сундучок с вещами и другие по хозяйству долженствующие быть вещи получить Вам без всякого от кого-либо прекословия и ними пользоваться с уговором, чтобы Вы взялись взыскать завещанную мне по духовной тысячу рублей денег и прислать их мне в Полтаву. Из духовной видно, что покойник к Вам одному доверенность имел и почитал Вас за лучшего своего приятеля, следовательно, в 7-мом пункте духовной он Вас назначил исполнителем всей духовной. Но мысль покойника выражена неясно в духовной, кем быть. Я Вас покорнейше прошу похлопотать об отказанных мне тысяче рублях взыскать с должников, кои должны быть Вам известны, для чего при сем препровождаю и верящее письмо, да я думаю, что и расписки и другие бумаги покойника поступили к Вам, следовательно, никому не с руки одолжить меня, как Вам. Ежели деньги, принадлежащие мне тысячу рублей ко мне пришлете, и Вам нужен будет для получения движимости покойника какой вид, то я Вам пришлю от себя...(Слово нерозбірливе.— Ред.)право на сие и от собственного моего права на получение вещей, сундучка и кой-чего другого, о чем доставите мне реестр, откажусь.

Я надеюсь, что Вы на сей отзыв почтите меня обстоятельным ответом, удовлетворительным взаимным и подробным нашим выгодам.

В ожидании чего с истинным моим к Вам почтением и преданностию имею честь быть, милостивый государь...

10.До І.І. Манжоса[10]

Кінець 1828 — поч. 1829 р., Полтава.

Г-ну Полтавскому полицмейстеру Ивану Ивановичу Манжосу

отставного майора Котляревского Объявление

Содержатель странствующей труппы, иностранец Иван Штейн, разъезжая по ярмаркам, бывавшим в разных городах разных губерний, с подвижною своею труппою, играет на театрах сочиненную мною в 1819-м году малороссийскую оперу в двух действиях под названием П о л т а в к а без моего согласия и позволения.

Мне неизвестно, как и откуда он ее достал, но я удостоверен в том, что он пользуется непозволительно чужим добром, а моя опера Штейном не благоприобретена. В Уставе о ценсуре, высочайше утвержденном апреля в 22-й день 1828 года в положении о правах сочинителей в § 1-м сказано: «Каждый сочинитель или переводчик книги имеет исключительное право пользоваться во всю свою жизнь изданием и продажею оной по своему усмотрению, как имуществом благоприобретенным».

Следовательно, содержатель труппы Штейн, непозволительным образом получивши мою оперу и играя ее на театрах без моего позволения, лишает меня тех выгод, кои собственность моя могла бы мне доставлять. Таковой поступок Штейна, кроме того, что бессовестный, есть противозаконный и достоин преследования правительства.

Чтобы остановить содержателя труппы иностранца Штейна от нанесения мне и на дальнейшее время явной обиды, покорнейше прошу ваше высокоблагородие оперу Полтавку и музыку к ней приказать, отобрав от Штейна, отдать мне. Обязать его реверсом, чтобы он ни на каком театре оперы Полтавка ни другого какого-либо моего сочинения не играл, и не выпустить его, Штейна из Полтавы, покуда не разочтется со мною за представление в разных городах моей оперы около десяти лет.

11.До наглядача полтавських духовних шкіл ієромонаха Августина[11]

25 січня 1829 р., Полтава

Ваше высокопреподобие отец Августин, милостивый государь!