Читаем Лисья тропа [СИ] полностью

Его губы были и нежными, и властными, а руки на ее спине и в волосах — сильными и обещающие защиту. Он весь дрожал от сдерживаемой страсти, и Тайли ощутила безудержную радость от того, что этот человек не боялся ее. Ни тогда, ни сейчас. Он не презирал ее, как остальные, а желал. И не из-за силы и мощи, которой она владела, а из-за нее самой. Он целовал ее, будто погибая от жажды, и она тот источник, что могла спасти его. Словно этот момент был последним в его жизни. И прижимал к себе так крепко, что было трудно вздохнуть, но лучше и не дышать вовсе, чем прервать сей блаженный миг.

Как долго Тайли принадлежала князю и чувствовала лишь удушающий плен. Но с этим человеком, Тайли ощущала свободу. Она была на воле, снаружи и глубоко в своей душе. И это было чудесно. Опьяняюще и невероятно прекрасно, словно наркотик.

Она задрожала всем телом, желая большего, желая всего его. Но видимо человек расценил ее реакцию иначе. Он резко отстранился. В его потемневших от желания глазах было сожаление.

— Прости… я напугал тебя. Не следовало мне так врываться, среди ночи. Прости, Таллиата…

Она не понимала, о чем он говорил. Лишившись его поддержки, она чувствовала, что у нее оторвали частичку души. Это было невыносимо, и она уже было вновь потянулась к нему, пока он не произнес то омерзительное прозвище, что дали ей эльфы.

— Не зови меня так! — Ее возглас остановил поток его бессвязных слов.

— Я думал, это твое имя… — В замешательстве произнес он.

Очарование поцелуя прошло, возвращая Тайли на грешную землю. Золотое украшение на ее шее вдруг стало неимоверно тесным и тяжелым, мешая дышать. После тепла и покоя, что дарили ей его объятья, девушка ощутила ужасную опустошенность. Она устало опустилась на кровать, ибо ноги отказывались ее и дальше держать.

— Нет. Таллиата на языке Фейри значит «дух огненной лисы». — Ее голос звучал так тихо, подавленно. Шейн опустился перед ней на колени и заглянул в печальные глаза. — Это прозвище мне дали эльфы. Для князя я — Тайли. Он с гордостью дал мне это имя, как и все остальное, что меня окружает.

— А как твое настоящее имя? — В его голосе было столько нежности, что она словно бальзамом омыла ее израненную душу.

Эти слова заставили девушку улыбнуться, преображая ее и без того прекрасное лицо в ангельское. Шейн видел, что она вспоминает те дни, когда была любима родными, когда была свободна. Он так ясно это знал, будто мог читать ее мысли.

— Мама назвала меня Скайлер… Скай. Я была ее маленьким лисенком. — Слова лились сами собой. Тайли было так легко рассказывать ему о своей жизни, о самом дорогом, о том, что не знала ни одна живая душа. Лишь ему. После стольких лет одиночества. — Она была моей поддержкой и опорой, пока демоны не отобрали ее у меня. Моя мама была смертной, человеком, как и ты. Это от отца я унаследовала лисью натуру. Он был чистокровным кицуне. Оборотень — лис, коварный и вероломный. Он обманул мою маму. Соблазнил и бросил, как положено его природе, а теперь и моей. Но она все равно любила меня больше жизни. Я отомстила за ее смерть, но поплатилась свободой… Навсегда, хоть это того стоило…

Шейн с благоговением смотрел на нее и видел, как эмоции проступают на ее лице, сменяя друг друга. Грусть, нежность к матери, злость на отца, ярость к демонам, боль от потери родного человека, а за ней и свободы, и, наконец, смирение. Именно оно так воспламенило сердце мужчины. Она не может опустить руки, не может сдаться!

— Не говори так! — Его окрик заставил Тайли очнуться от горьких воспоминаний. — Никогда не лишайся надежды. Верь, что сможешь спастись.

— О, я верю! Я отчаянно жду момента, когда князь будет убит, и я обрету свободу! — Ее глаза зажглись хищным диким огнем, и тут же потухли. — Но кто осмелится пойти против него? С его владениями стремятся заключить мир из-за моего присутствия подле него. Лишь старость ослабит его. И я надеюсь, что этот миг наступит задолго до совершеннолетия его сына…

— Хочешь, я убью его ради тебя? — Эти решительные твердые слова заставили Тайли похолодеть изнутри, а зверя — заликовать.

— Нет… ты не должен… — Внезапно она так испугалась за человека перед собой, что дыхание на миг перехватило. — Ты смертен. Анкалион уничтожит тебя, не моргнув глазом. Ты не противник для него… Поверь, мне приятно, что ты хочешь мне помочь, видев лишь пару раз. А я даже не знаю твоего имени…

— Шейн, Шейн Блекторн. Леди Эстель из соседних земель привела меня в этот мир почти четыре года назад. Она освободила меня, и я остался добровольно служить ей. — Он нежно сжимал ее холодные ладони в своих руках, даря тепло и не прося ничего взамен. Он так и остался стоять на коленях перед ней, но казался безмерно счастлив провести так остаток своей жизни. Лишь бы рядом с ней.

— Шейн… Красивое имя. Но почему ты не вернулся домой, раз ты свободен? — В ее голосе он расслышал недоумение.