Читаем Лис . Полевой агент (ЛП) полностью

  «В Кембридже живет некий профессор Саймон Барон-Коэн. Специалист по всем формам психической слабости. Наверное, лучший в Европе, а может, и в мире. Я думаю, ему следует увидеть этого парня. И я хотел бы поговорить с отцом. У меня есть мысль. Для всех нас может быть лучший вариант, чем просто отправить мальчика в камеру в глубине Аризоны на всю оставшуюся жизнь ».

  «Лучше вариант? Что ты имеешь в виду?

  «Еще нет, премьер-министр. Могу я пойти в Латимер?

  'У тебя есть машина?'

  «Не в Лондоне. Я приезжаю поездом ».

  Премьер-министр воспользовался телефоном. Через десять минут у дверей стоял «Ягуар» из министерской машины.

  Вдали от еще замерзшего Белого моря находится русский город Архангельск. Рядом находится верфь Севмаша в Северодвинске. Он самый большой и оборудованный в России. В тот день, приглушенные холодом, рабочие бригады завершали самый долгий и самый дорогой ремонт в истории российского флота. Они завершали и готовили к выходу в море то, что должно было стать самым большим и современным линейным крейсером в мире; действительно, помимо американских авианосцев, он был бы крупнейшим в мире надводным военным кораблем. Звали ее адмирал Нахимов.

  У России есть только один авианосец из тринадцати США - потерянный адмирал Кузнецов, прикрепленный к Северному флоту со штаб-квартирой в Мурманске. Когда-то у нее было четыре огромных линейных крейсера во главе с «Петром Великим» или «Петром Великим».

  Два из этих четырех уже не в строю, «Петр Великий» тоже старый и почти не работает. Фактически, она ждала в Белом море завершения работ на Севмаше, чтобы занять свое место, где «Нахимов» пролежал десять лет, пока завершился ее многомиллиардный ремонт.

  В то утро, когда сэр Адриан с комфортом ехал по цветущей весенней сельской местности Хартфордшира, в каюте капитана адмирала Нахимова была вечеринка. Поднялись тосты за корабль, за его нового капитана, капитана Петра Денисовича, и за предстоящее триумфальное плавание с Севмаша вокруг половины света к флагману Тихоокеанского флота России в его штаб-квартире во Владивостоке.

  В следующем месяце она запустит свои могучие двойные ядерные двигатели и отправится в Белое море.

   Третья глава

  Когда всю семью Дженнингса задержали в три часа утра, родители относились к ним как к крайнему недоумению, но также к послушанию и сотрудничеству. Немногие люди просыпаются в этот час и обнаруживают, что их кровать окружена людьми в черном с автоматами-карабинами, а их лица искажены ужасными очками ночного видения. Они были напуганы и сделали, как им сказали.

  С наступлением рассвета и переездом в Латимер это настроение сменилось гневом. Два солдата, которые ехали с ними, не могли помочь, равно как и вежливый, но уклончивый персонал усадьбы Латимеров. Поэтому, когда сэр Адриан прибыл в полдень в день вторжения в дом в Лутоне, он встретил всю силу сдерживаемого гнева. Он сидел тихо, пока она не взорвалась. Наконец, он сказал:

  "Вы действительно не знаете, не так ли?"

  Это заставило Гарольда Дженнингса замолчать. Его жена Сью села рядом с ним, и они оба уставились на человека из Лондона.

  'Знаешь что?'

  «Знаешь, что на самом деле сделал твой сын Люк?»

  «Люк?» - спросила Сью Дженнингс. «Но он безобидный. У него синдром Аспергера. Это форма аутизма. Мы знаем это уже много лет ».

  «Итак, пока он сидел над вашими головами на чердаке, вы не знаете, что он делал?»

  Прежний гнев Дженнингсов теперь сменился дурным предчувствием. Это было на их лицах.

  «Стучит по своему компьютеру», - сказал отец мальчика. «Это обо всем, что он делает».

  Сэру Адриану было ясно, что существует проблема в браке. Гарольд Дженнингс хотел здорового, энергичного сына, который встречался с девушками, мог бы присоединиться к нему для игры в гольф и заставить его гордиться в клубе или играть в футбол или регби за округ. У него был застенчивый замкнутый юноша, который плохо себя чувствовал в реальном мире и только в полумраке чувствовал себя как дома, глядя на экран.

  Сэр Адриан еще не встречался с Люком Дженнингсом, но короткий телефонный звонок из лимузина доктору Хендриксу, который все еще изображал из себя декоратора, пока он и его команда выпотрошили дом в Лутоне, убедили его, что проблема действительно возникла из-за старшего. сын.

  Теперь он начинал понимать, что сорокалетняя блондинка-мать всячески защищает свое хрупкое потомство и будет бороться за него зубами и когтями. По мере их разговора стало ясно, что этот полностью замкнутый подросток эмоционально зависит от своей матери и чувствует себя комфортно только при общении с внешним миром через нее. Если бы они были разделены - например, путем экстрадиции в США, - он, вероятно, распался бы.

  «Что ж, боюсь, ему, кажется, удалось невозможное, учитывая то оборудование, которое было в его распоряжении. Он проник в самое сердце американской системы национальной безопасности, нанеся ущерб на многие миллионы долларов и напугав всех нас до смерти ».

  Родители смотрели на него с открытым ртом. Затем мистер Дженнингс закрыл лицо руками и сказал: «О Боже».