Читаем Лис-03 полностью

Джордино с тоской уставился на причал, а потом на северный конец озера, находившийся в четверти мили. Вздохнув, он поднял камеру, чтобы она не погрузилась в песок на дне, надел перчатки и взялся за весла. Стайгер взглянул на Питта так, будто собирался послать его куда подальше, но выбросил белый флаг и промолчал.

Полчаса отчаянной борьбы с порывами ветра и волнами прошли в полном молчании. Стайгер и Джордино, не говоря ни слова, работали веслами; Джордино, потому что слепо доверял Питту, полковник же не собирался уступать тому в выносливости. Дирк не сводил глаз с монитора, время от времени сообщая Элу глубину, чтобы тот опускал камеру ниже.

По мере приближения к болоту дно озера начало подниматься, а потом вдруг водоросли резко исчезли и вода стала темнее. Они остановились, чтобы опустить камеру на глубину, и сразу же снова стали грести.

Через несколько ярдов на экране появился какой-то изогнутый предмет — явно не естественного происхождения, но установить его форму пока не представлялось возможным.

— Прекратите грести! — коротко приказал Питт.

Стайгер сгорбился на своем сиденье, радуясь передышке, но Эл принялся вглядываться в узкое пространство, разделявшее лодки. Он чувствовал, что товарищ что-то нашел.

Камера медленно дрейфовала в ледяной воде в сторону предмета, возникшего на мониторе. Дирк словно окаменел на своем месте, когда увидел большую белую звезду на голубом фоне. Он ждал, когда камера покажет еще что-нибудь, чувствуя, как во рту у него пересохло.

Джордино подплыл и ухватился за его лодку. Полковник почувствовал возникшее напряжение, поднял голову и вопросительно посмотрел на Питта.

— Что-то нашел?

— Самолет с военными знаками, — взволнованно ответил тот.

Стайгер перебрался на корму и недоверчиво посмотрел на монитор. Камера проплыла над крылом и сейчас двигалась вдоль фюзеляжа. Вскоре на мониторе появился квадратный иллюминатор, а над ним надпись: ТРАНСПОРТНАЯ СЛУЖБА ВВС.

— Боже праведный! — вскричал Эл. — Военный транспортный самолет.

— Можешь определить модель? — быстро спросил Стайгер.

— Пока нет, — покачав головой, ответил Питт. — Камера прошла мимо носовой части и двигателей, которые помогли бы нам это узнать. Она проплыла над левым крылом и, как видишь, теперь направляется к хвосту.

— Номер должен быть написан на вертикальном стабилизаторе, — тихо проговорил Стайгер.

Все трое не сводили глаз с разворачивающейся перед ними диковинной картины. Самолет погрузился глубоко в ил, фюзеляж треснул позади крыльев, хвост изогнулся под небольшим углом.

Джордино медленно опустил весла и задал камере новый курс, подкорректировав ее изображение. Разрешение было таким четким, что они почти видели заклепки на корпусе. Картинка настолько не укладывалась в голове, что они переглянулись.

В следующее мгновение мужчины замерли, когда справа по экрану поплыл серийный номер, написанный на вертикальном стабилизаторе. Питт слегка увеличил изображение, чтобы избежать ошибок в идентификации самолета. Сначала 7, потом 5 и 4, дальше 03. Стайгер пару секунд не сводил с Питта глаз. Он казался потрясенным.

— Боже, это же «03». Как такое возможно?

— Сам не знаю, — сказал Питт.

Джордино перегнулся через борт и пожал ему руку.

— Я в тебе не сомневался, напарник.

— Ценю твою веру в меня, — ответил Дирк.

— Что будем делать дальше?

— Поставим буй, чтобы не потерять это место, и домой. Завтра утром спустимся и посмотрим, что находится внутри обломков.

Полковник сидел, качал головой и повторял:

— Он не должен здесь находиться…

— Похоже, наш приятель не может поверить своим глазам, — улыбнувшись, заметил Питт.

— Дело не в этом, — сказал Джордино. — У Стайгера психологическая проблема.

— Какая?

— Он не верит в Санта-Клауса.

***

Несмотря на холодное утро, Питт вспотел в своем гидрокостюме. Он проверил регулятор дыхания, показал Джордино большой палец и перевалился через борт лодки.

Ледяная вода, попавшая между кожей и внутренней подкладкой гидрокостюма толщиной в три шестнадцатых дюйма, вызвала весьма неприятные ощущения. Питт несколько мгновений просто висел под поверхностью, стараясь не обращать внимания на боль и дожидаясь, когда тело согреет попавшую в ловушку воду. Когда температура стала терпимой, он прочистил уши и ударил по воде ластами, начав спуск в призрачный мир, где не было ветра и воздуха. Веревка, прикрепленная к сторожевому бую, уходила в манящие глубины. Он поплыл вдоль нее.

Сразу же возникло ощущение, что дно поднимается ему навстречу. Левая ласта коснулась ила, прежде чем пловец выровнял тело, и перед ним возникло серое облако, похожее на дым от взрыва бака с нефтью.

Мужчина проверил глубиномер у себя на запястье. Он показывал сто сорок футов. Значит, можно провести на дне десять минут, не беспокоясь о декомпрессии. Его главным врагом была температура воды, и Дирк понимал, что ледяное давление будет отвлекать и сильно помешает работе. Холод очень скоро поглотит тепло тела, изматывая и отнимая силы, толкая за грань, в царство беспредельной усталости.