Читаем Лирика и сатира полностью

Революцию 1848 года Гейне встретил в постели, надломленный тяжким недугом. В «матрацной могиле», не вставая с постели, провел он последние восемь лет своей жизни. Но даже измученный болезнью, находил он в себе силы, чтобы яростно бичевать ненавистную прусскую монархию. В эти же годы он создал новый замечательный цикл лирических стихов. Запечатленные глубоким трагизмом, эти стихи свидетельствуют о неувядающей духовной силе поэта. Сквозь юношеские печали, сквозь увлечения и разочарования зрелого возраста, сквозь муки физического недуга пронес он в своем творчестве то жизнерадостное, жизнеутверждающее начало, которое делает Гейне таким близким советскому человеку.

Трезвое понимание путей общественного развития позволило Гейне проникнуть умственным взором на целое столетие вперед и с правдивостью очевидца нарисовать будущее Германии. Только мы, воочию видевшие разгул фашистского мракобесия, можем по достоинству оцепить пророческую мощь поэта. Недаром гитлеровские палачи немедленно по приходе к власти внесли творения Гейне в список книг, подлежащих сожжению и вечному забвению. Но пламя фашистских костров не могло выжечь имя Гейне из народной памяти. Как предсказал Гейне временную победу националистов, так предсказал он и их бесславное падение. «Коммунизм, — писал Гейне, — будет первым, кому они попадутся на дороге, и не палицей пришибет их гигант, а раздавит ногой, как давят гадину».

Прошло полтора века со дня рождения Гейне, но его творения выдержали испытание временем. Его лирические стихи волнуют нас и теперь своей глубокой задушевностью, а его сатира по-прежнему наносит смертельные удары врагам прогресса и гуманности. Поэт революционной демократии, Генрих Гейне близок и дорог всему передовому человечеству.


Александр Дейч

* * *

Разубранному в золото чурбануЯ возжигать не буду фимиам,Клеветнику руки я не подам,Не поклонюсь ханже и шарлатану.Пред куртизанкой спину гнуть не стану,Хоть роскошью она прикроет срам,Не побегу за чернью по пятамКадить ее тщеславному тирану.Погибнет дуб, хоть он сильнее стебля,Меж тем тростник, безвольно стан колебля,Под бурями лишь клонится слегка.Но что за счастье жребий тростника?Он должен стать иль тростью франта жалкой,Иль в гардеробе выбивальной палкой.

СОН И ЖИЗНЬ

Пылало сердце, звенела весна,Печальный, угрюмый бродил я без снаИ в теплую полночь случайно забрелК расцветшей розе, в таинственный дол.И к ней подошел я в безмолвной тоске, —Катилась тихо слеза по щеке, —И я заглянул в раскрытый цветок,Там что-то светилось, мерцал огонек.И ласковый сон, шаловливо дразня,Близ розы тотчас убаюкал меня.И юную девушку я увидал, —Вкруг девушки розовый флер трепетал.И что-то чудесное, все в золотом,Она мне дала и ввела меня в дом.А дом золотой, разукрашенный зал,Там странный и юркий народец плясал.Двенадцать нарядных танцоров гуськомВ размеренном танце вертелись кругом.Чуть кончится танец, начнется другойИ столько ясе длится, и точно такой.А музыка пела, все пела одно:«Нам только на миг блаженство дано.И жизнь твоя — сон, и счастье — сон,И этот миг — во сне твоем сон».Но сон мой растаял, почуяв зарю.Раскрыл я глаза и на розу смотрю,И что ж: погасла искорка вдруг,И в розе сидит холодный жук.

РАЗГОВОР В ПАДЕРБОРНСКОЙ СТЕПИ[1]

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия