Читаем Лирика и сатира полностью

Меж цареубийц, — что ни говори ты, —Всех неотесанней были бритты:Без сна всю ночь их Карл провел,Пред казнью запертый в Уайтхолл[37].Он слышал, как чернь внизу ревет,Как там сколачивают эшафот.Французы немногим учтивее были:Луи Капета[38] в пролетке тряскойНа лобное место они проводили,Не обеспечив приличной коляской —Как полагалось этикетом —Его величество при этом.Но хуже пришлось Марии-Антуанетте:Ее свезли на кабриолете;Ни камергера, ни статс-дам, —Лишь санкюлот[39] сидел с ней там.Капетова вдовушка тут уж, пожалуй,Отвислую габсбургскую губку поджала.Французам и бриттам такт не сродниПо самой природе; тактичны одниНемцы. Немец — он не теряет такта,Хотя б и в террористических актах.Такая в немце кровь течет:Монархам воздавать почет!Шестерка коней в экипаже придворном,В черных султанах и в крепе черном,Траурный кнут, и такие же вожжи,И плачущий кучер, — так, раньше иль позже,Немцы монарха на плаху доставятИ верноподданнически обезглавят.

ТЕНДЕНЦИЯ

Славь германскую свободу,Пой, как кузнецы куют,Чтобы песнь твоя гудела,Чтобы нас звала на дело,Как марсельский гимн[40] народа.Не воркуй, как Вертер[41] вялый,Вертеры лишь к Лоттам льнут.Все, что колокол рокочет,Пой, — и пусть слова наточат,Сталь меча и сталь кинжала.Будь не флейтою безвредной,Не мещанский славь уют —Будь народу барабаном,Пушкой будь и будь тараном,Бей, рази, греми победно!Бей, рази, громи словами,Пусть тираны побегут!Лишь об этом пой с отвагой,Но… для собственного благаДействуй «общими местами».

ГИМН

Я меч, я пламя!Я вам светил во мраке,И, когда начался бой,Я впереди сражался,В первом ряду.Вокруг меня лежатМоих товарищей трупы,Но — победили мы.Мы победили,Но лежат вокругМоих товарищей трупы.В ликующей песне победыСлышен хоралПогребального торжества.Но у нас времени нетНи для радости,Ни для скорби:Вновь звучат барабаны,Начинается новый бой.Я меч, я пламя!

ШЕЛЬМ ФОН БЕРГЕН

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия