Не сразу. Поначалу парни с эсминца «Диамант» восстановили повреждения, доложили, что им порядком досталось. Потом перешли на резервные станции, прыгая по ультракоротким волнам (нет, не морским – радиоволнам, но по морским прыгать тоже приходилось), а потом и вовсе пропали.

В штабе ВМФ многие горячие головы уже получили свой ушат холодной воды, но дураки, как известно, народ неизлечимый. Особенно самоуверенные дураки, стоящие над военными, с непременной оглядкой на объективы фотокорреспондентов. Да и сложно некоторым лорд-говорильщикам (лорд-спикерам), не нюхавшим пороху, образно говоря, оценить и представить из своих уютных кабинетов не то что визг шрапнели, а естественную силу природы и ее слетевшее с катушек буйство.

Командование требовало оперативной информации.

Политики настаивали на положительных результатах.

Журналисты жаждали сенсаций.

Народ хотел хлеба (выпивки) и зрелищ.

А отдувался экипаж «Sentinel R.1.». Конечно, приказ до них дошел в специфических терминах, но в простом варианте звучал просто и тупо: «Спуститься ниже и посмотреть, что там, черт побери, происходит!»

Что в принципе было возможно. Восходящие потоки поднимали эшелон грозового фронта, оставляя внизу кучевые облака с порывами интенсивных ливневых дожей.

Ниже, по заверениям пилотов авианосца, была зона приемлемой видимости. Самолету нужно было всего лишь поднырнуть под грозовое облако и оказаться в нужной, чистой полосе.

Опасность при прохождении грозы вызывали уже упомянутые атмосферные разряды электричества и регистрируемые вертикальные турбулентности, достигающие ускорений до двух g[81].

Командир экипажа, иногда переключаясь на внутреннюю связь, слушал, о чем переговариваются операторы систем воздушной разведки и связи: «Интересно было бы узнать, что там штабные несут в уши этих пришлых „немцев“ из прошлого».

– Сэр, очередная депеша от командующего атлантическим флотом. Зачитать?

– К черту, я и так знаю, что этим «латунным шляпам»[82] надо, они хотят угробить наш самолет и нас вместе с ним. Мало им «калек» на поверхности моря. Аллен, – обратился он уже к напарнику, – придется нырять.

Второй пилот все еще пытался найти разрыв или хотя бы просветление в свинцовых тучах, чтобы не вляпаться в кучево-дождевое облако. Самолет, совершая большерадиусный круг, плавно снижался, огибая большое облачное формирование.

– Парни, сейчас изрядно потрясет, рекомендую выключить аппаратуру.

В этот момент произошла искусственная инициализация положительного разряда из верхней части облака, замкнувшейся на самолете. Летчик увидел вспышку, но даже инстинктивно не успел дернуть руками, лежащими на штурвале.

Приборы на мгновенье потухли, а потом замигали тревожными лампочками, запищала аварийная сигнализация. Машина потеряла управление и клюнула носом вниз. Летчики повисли на ремнях.

– Тяни, тяни! – кричал второй пилот. Ему показалось, что накрылась и гидравлика, но оба офицера вдруг почувствовали, что рули слушаются.

– Нет, – выдавил командир, – почти проскочили!

Он смотрел на высотометр и, не дожидаясь известного порога облачности, на двухкилометровой отметке потянул штурвал на себя. Падая, самолет успел порядочно набрать скорость, и экипаж, вываливаясь из состояния невесомости, резко почувствовал тяжесть перегрузки. Командир слышал в наушниках только белый шум, пощелкав тумблером, нашел только брань операторов РЛС по внутренней связи.

– Лейтенант, что там у вас?

– Радиолокация гавкнулась. Пробуем перегрузить. Связь и РЭБ тоже.

– На кой дьявол вам эта РЭБ. Вы связь давайте. Мы сейчас снизимся до прямой видимости, ровно так, как хотели в штабе.

Самолет вышел из облаков весьма далеко от авианосца, но летчики, едва прояснив обстановку, в бессильной досаде взвыли, продолжив выражать чувства в бранной форме.

– Что происходит, командир? – сразу отозвался старший офицер из обслуги систем воздушной разведки.

– Связь давай. Пошлем командованию неприятную новость.

США

Директор ЦРУ Джон Бреннан всегда спокойно относился к перелетам, обычно предпочитая даже за короткие «воздушные прыжки» вздремнуть.

В этот же раз, наверное, сказывалась нервозность последних дней – за все полуторачасовое путешествие и все попытки найти более удобную позу в кресле ему так и не удалось по-настоящему заснуть, больше вымучиваясь на грани бодрствования и полудремы.

В результате, когда он выходил из вертолета, все еще крутившего лопасти над зеленой аккуратной лужайкой, лицо у бывшего армейского генерала выглядело изрядно помятым.

Его встретили и сопроводили к дому два профессиональных охранника в черных костюмах.

«Хорошо хоть, обыскивать не стали», – про себя усмехнулся Бреннан, хотя еще перед посадкой беглый осмотр его поклажи невозмутимым сопровождающим все же был осуществлен. А при входе в дом на глаза попались не только камеры, но и искусно встроенные сканирующие устройства.

Удивление вызвала необычная оживленность – два-три неприметных типа мелькнули на крыше и в коридоре.