Читаем Линдана и Вальмир полностью

   Морфиза остановила Линдану, уговаривая ее написать нѣсколько строкъ къ Вальмиру -- „въ первый и въ послѣдній разъ,“ сказала она: „онъ стоитъ того, чтобы вы письменно подтвердили ваше обязательство.“ Линдана согласилась; написала, и торжественно повторила свое обѣщаніе, но запретила ему отвѣчать. Она поѣхала въ Версалію, увиделась съ друзьями своими и за тайну, разсказала имъ, что сдѣлалъ для нее Вальмиръ. Друзья удивлялись, хвалили его съ жаромъ, растрогались, и выпросили для Вальмира дозволеніе путешествовать. Съ сего дня онъ сдѣлался Героемъ чувствительныхъ женщинъ, которыя тогда составляли уже нѣкотораго роду секту; говорили много о дружбѣ, о любви и достоинствѣ женскаго полу; имѣли особенной, страстной языкъ; оставляли другимъ, обыкновеннымъ женщинамъ кроткія, умѣренныя склонности, пріятность невинности и робости, превосходя самыхъ мущинъ въ твердости, силѣ характера и философіи. Линдана не могла еще равняться съ ними, однакожь имѣла щастливое къ тому, расположеніе, которое подавало надежду, что она съ помощію некоторыхъ книгъ и примѣровъ не отстанетъ отъ другихъ Героинь въ семъ родѣ. Въ девять часовъ вечера Линдана съ торжествомъ возвратилась изъ Версаліи. Морфиза любила всегда театральныя явленія, и, какъ скоро отворились двери, бросилась на встречу къ Линданѣ, пробѣжала мимо всѣхъ гостей своихъ, схватила ее за руку, отвела къ окну, и задыхавшись спрашивала: что? что?.. Линдана тихонько отвѣчала на всѣ ея вопросы, и разговоръ ихъ продолжался до самаго того времени, какъ поставили кушанье. Не смотря на всю занимательность сего таинственнаго разговора, Линдана примѣтила, что Жеркуръ въ комнатѣ, и что онъ смотритъ на нее. Женщины умѣютъ глядѣть въ сторону, не поворачивая головы. Природа справедливо наградила симъ особеннымъ дарованіемъ тѣхъ, которыя не должны никогда смотрѣть пристально, и которыя часто обязаны потуплять глаза въ землю.

   Пошли въ столовую. Жеркуръ предложилъ руку Линданѣ, которая удивилась, какъ будто бы не видавъ его прежде. Сія маленькая хитрость есть не притворство, а неумышленное движеніе въ женщинахъ, хотящихъ закрыть тѣмъ невольную склонность, иногда отъ самихъ себя, по скромности или гордости. Онѣ показываютъ, будто не примѣтили человека, котораго искали глазами входя бъ комнату, и котораго безъ сомнѣнія прежде всѣхъ увидѣли.