Читаем Лимитерия (СИ) полностью

А ведь Хог и не знал, как он получил Абсолютную Скорость и остался при синем карио. Не знал и того, откуда он родом, кто его родители и откуда он вообще знает своё имя. Помнил только, что впервые очнулся у какой-то старенькой бабушки в десять лет, при имени, при фамилии (настоящей или фальшивой), при возрасте, да при силах. Тогда он был напуган до смерти, был бледным и вздрагивал от каждого шороха. Именно та самая бабушка, которая была простой жительницей станицы Новоминской, помогла ему оправиться от тяжёлых переживаний, раздумий и боязни амнезии, и поставила его на ноги…

Правда только… умерла она через год, а родственники её вместо того, чтобы пустить слезу, лишь спросили: «А на кого дом в завещании записан?». Именно в тот самый момент Хог стал относиться к богатым и лицемерным людям грубо и неуважительно. Одиннадцатилетний Хог пытался просить помощи у союза «Медведь», но молодые офицеры лишь ухмыльнулись и выкинули его на улицу со словами: «А-ха-ха-х, бомж. А-ха-ха! Придурок с фиолетовыми глазами!». И Хог понял с раннего детства (того, в котором очнулся), что нельзя ни на кого полагаться, а нужно брать и делать самому.

Элли закончила смывать кровь с щеки хэйтера и слегка подула на глаз Лимита, чтобы проверить, запеклась ли кровь на его ресницах или нет. И только потом обратила внимание на то, что Хог сейчас не смотрит никуда. Точнее, вообще находится не в этой комнате мыслями. По его целому левому глазу можно было понять, что парень сейчас вспоминает далеко не самые приятные моменты из своей жизни… или просто задумался над сегодняшним событием.

— Ну и где же твои вечные «чёрные» шуточки? — деловито поинтересовалась Элли, занявшись очищением ресницы хэйтера от запёкшейся крови. — Стоило повредить глаз, как желание веселиться сразу пропало? Что ж, теперь я знаю рецепт твоего упокоя.

— Оставь мою прелесть в покое, — вздохнул Хог и вернулся в реальность мыслями. — Своими рецептами ты мне только глаза попортишь, а они у меня красивые.

— Да что ты говоришь?! Интересно, чем это они у тебя красивые?

— Фиолетовым цветом, ха-ха!

Элли хмыкнула, но в какой-то степени была согласна с Лимитом. Всё же фиолетовый цвет — редкий цвет, особенно если дело касалось глаз. И Хог был первым человеком, цвет глаз которого был фиолетовым. Вот только жаль, что достался этот цвет не какому-нибудь уважаемому человеку, а самому настоящему полудурку с дебильной рожей… лимитеру.

— Ах да, я, кстати, сегодня в Берлине был, хе-хе! — ухмыльнулся Хог. — Но там почему-то были лимитеры и какая-то эрийка. Ах да, ещё пацан там был, чем-то похож на меня, кстати. Только вот цвет волос у него был зелёный — я кончиков имею в виду, — а глаза я не видел. Малой такой — взяло б, да сдохло.

Хэйтер засмеялся, а вот Элли… напряжённо выдохнула, стиснув зубы. Сам разговор о лимитерах ей был неприятен, а когда она услышала про эрийку — вообще разозлилась. У неё была причина ненавидеть представителей «зелёного» народа, да и не отличалась Элли оригинальностью от своего «красного» народа. Но Лимит не обратил внимания на напряжённые скулы на лице девушки и продолжил:

— Собственно, как всё началось-то. Я решил осмотреться, но когда увидел свастику, перепугался. Дал драпу и остановился на рынке, где какая-то лимитерка покупала руну… блин, забыл название. Что-то с войной связано было. Так вот, потом резко меня переносит на начало, а там такая бодяга была. Что-то связанное было с лимитерами и эрийцами, а ребёнок с зелёными кончиками волос у своей мамы-эрийки спрашивал про что-то. Но… Странно было то, что эта эрийка назвала его не лимитером, а лимитерийцем. В чём подвох, понять мне трудно — я тупой, тут всё серьёзно. Эм, вроде бы, про национализм. Блин, уже и забыть успел некоторые детали. Но потом я слышал незнакомые мне голоса, и говорили они лишь два слова: «Лимит» и «Эрия». Блин, знаешь, если вообще сложить эти два названия — ну, Лимит и Эрия — получается «Лимитерия». А, и ещё…

4. Болтовня внезапно прекратилась, потому что Элли резко прекратила заниматься лечением глаза хэйтера и схватила его одной рукой за горло и сдавила намертво. Тот поперхнулся воздухом и вздрогнул от неожиданности, выпучив здоровый глаз и перестав улыбаться. Элли смотрела ему в лицо, но никакой шутливости в рубиновых глазах не было. От них исходили холод, мрак, злоба, ненависть и ярость. Хватка пальцев начинала усиливаться, и это совершенно не было похоже на шутку. Парень не на шутку перепугался.

— К… Кэп… — прохрипел от нехватки воздуха Хог и схватил обеими руками её за запястье. — Ты… кха… ты чего?

— Закрой рот, ничтожество! — мрачно прошипела Элли, пылая аурой ненависти. — Твои никчёмные стереотипы меня уже утомили! Если ценишь свою жизнь — молчи и не рассказывай мне про своих лимитеров!

— Элка… Кха… Д… Да что с тобой? — Лимит всё же освободился из стальной хватки и приготовился в случае чего первым бить в голову. — Я же сейчас нормально с тобой разговаривал, кха-кха! Без юмора, без приколов всяких. Что на тебя нашло?