И все, что мы, как смерть, клянем,Всегда, всегда живым огнемНаш жребий осеняет в нем.
Вот отчего, сковав века,Несет на вольность их тоскаИ оттого нам боль сладка.
«По праху, в смертную обитель…»
По праху, в смертную обительНездешние следы легли,Но смертный дух не небожитель,И мы не странники земли…
Пусть боль, и ропот, и тревогаОбъемлют нас в земной глуши,Но нет изгнания у БогаИ нет опалы у души…
Средь смуты дня и ночи звезднойСплетают вихри с тишиной,Венчают нас одною безднойИ миг небес, и час земной.
ДВА СТИХОТВОРЕНИЯ
I
Как трудно высказать — нелживо,Чтоб хоть себя не обмануть —Чем наше сердце втайне живо,О чем, тоскуя, плачет грудь…Речь о мечтах и нуждах часаВ устах людей — всегда — прикраса,И силен у души — любой —Страх наготы перед собой,—Страх истины нелицемернойИль, брат боязни, хитрый стыд,О жалком плачущих навзрыд,Чтоб точным словом, мерой вернойToгo случайно не раскрыть,Чему сокрытым лучше быть…
II
Но есть и час иной напасти,Когда мы тщетно ищем слов,Чтоб с тайны помыслов иль страстиХотя б на миг совлечь покров,—Чтоб грудь, ослепшая oт муки,Явила в знаке, или в звуке,Иль в скорби молчаливых слез,Что Бог судил, что мир принес…И, если пыткой огневоюВесь, весь охвачен человек,Он только холоден, как снег,И лишь с поникшей головоюВ огне стоит пред тайной тьмой,Вниманью чуждый и немой.
В НОЧНОМ ПУТИ
Мне шепчет Ночь в тиши унылой,Смущая ум, волнуя кровь —Твое грядущее уж было,Твой час былой цветет, как новь…
И все смятенье яви бреннойВ удел людскому дню дано —И ты живешь, одновременно,Как корень, стебель, цвет, зерно…
И пусть лишь каплей сердце дышит,Но миг твой равен Бытию —Весь океан, не вал, колышетТвою заблудшую ладью!
«Есть волшебные улыбки…»
Есть волшебные улыбки,Вещий взгляд безмолвных глаз —Как немое пенье скрипки,Уводящей в вечность час!
Есть в согласии вселеннойСтройность северной сосны —Свет, прядущий в смуте бреннойСказкой-нитью явь и сны.