Читаем Лиля полностью

Он был красив и на вид скромен,

А также высок и строен.

Он, увидев Малену,

Облокотился о стену.

Спросил: - Барышня, что Вы в таком месте делаете?

-Что за чушь Вы мне мелете? –

Спросила героиня в ответ.

- Вам явно нет восемнадцати лет.

Я художник, а Вы красивы.

Хотите побыть моделью?

- И сколько я получу?

- Сколько скажешь – столько вручу.

На этом они договорились

И с публичным домом простились.

Через пару часов Лиля, не раскрывая имени,

Оказалась в имении.

Это был старый и неприбранный дом.

Лиля облокотилась о стол:

- Что же мне делать? Куда мне встать?

- Работать будем завтра, а сейчас - спать.

На утро началась работа.

Но не сиделось Лиле на месте; замучила икота.

Художника это бесило.

Героиня спросила:

- Продолжать?

- Икать или лежать? –

Нашёлся мужчина.

- Что ты за скотина?!

Несмотря на перепалки,

Даже не ходя к гадалке,

Легко можно было предсказать,

Что такую картину оценила и знать.

Дела пошли в гору.

Лиля приоткрыла штору:

- Я никогда не говорила, что люблю тебя.

Так знай, что правду говорю я.

Мужчина подошёл сзади к ней:

- Ты знаешь меня всего несколько дней.

- Это не имеет значения. Я даже не знаю твоего имени.

- Я у тебя имя, как у зелени.

- Твоё имя – Дурак!

- Ну, я не такой уж простак.

Я же нашёл тебя.

- Я всего лишь одна шлюха из ста.

- Не вспоминай о прошлом. Живи настоящим, а сейчас всё хорошо.

- Давай забудем обо всём, прошу.

Они слились в нежном поцелуе.

Вскоре друг друга они обманули.

Лиля вернулась поздно из бара

И постели с другой «своего» мужчину застала.

Не слушая ряд оправданий,

Прошла мимо множества зданий.

Устремилась она обратно в злосчастный бордель,

Что казалось решением неплохим теперь.

Лиля уже намеревалась зайти в этот адский отель.

- Зачем тебе туда? Сейчас не март, а апрель.

Лиля обернулась

И слегка отшатнулась:

- Вы ещё кто?

- А что? – ответило лицо.

Это был человек подозрительный

С взглядом пронзительным.

Он приблизился ближе

И стал смотреть куда-то ниже.

Мужчина резко подошёл и схватил героиню насильно.

- Ай! Нет, не так сильно!

Он закрыл ей рот рукой.

- Нет! Постой! –

Слышалось бубнение сквозь пальцы.

Всё так просто. И не нужны с бубном танцы.

Но вряд ли можно говорить так в данном случае.

Заволокло небо тучами.

Для Лили это была в первую очередь боль.

Он говорила лишь: - Стой! Стой!

Пока не закончились силы.

Грубые руки владели Лилей.

В результате мужчине она наскучила.

- Безмозглое чучело!

Раздался тихий крик обессилевшего существа.

- Да, шлюха была ещё та.

Утихло выстрела эхо.

Для него это была лишь потеха.

Но для тех, у кого есть чувства, это трагедия.

Вывод делай сам. Это надпись последняя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное