Читаем Ликвидация полностью

Не успел я умыться с дороги, как из Минска поступил приказ прибыть к начальнику штаба группы войск генерал-лейтенанту Константинову. В Минске штаб группы войск находился на улице Свободы, дом 14, в том же здании, где раньше размещался немецкий генеральный комиссариат округа «Белоруссия». В ходе боя здание практически не пострадало, так, кое-где были выбиты стекла и двери, осыпалась штукатурка. За то время, что меня не было, помещения были приведены в относительный порядок. Мусор убрали, окна заделали деревянными щитами. На первом этаже располагались комендатура, подразделения охраны и обеспечения, столовая. Служебные и жилые помещения штаба располагались на втором и третьем этажах.

До того как я попал в кабинет к Михаилу Петровичу, мне удалось переговорить с сотрудниками штаба, пообщаться с «операторами» и ознакомиться с положением на фронтах как у нас в Минске, так и на Большой земле.

Со времени последнего разговора с Константиновым положение нашей группы войск практически не изменилось. Тяжелые бои шли на Борисовском, Осиповичском, Несвижском и Барановичском направлениях. Здесь нашим войскам активно противостояли усиленные тыловыми частями и вспомогательной полицией подразделения 286-й (генерал-лейтенант Курт Мюллер, штаб в Витебске) и 203-й охранной дивизий (штаб в Бобруйске). С нашей стороны пытались отодвинуть фронт части 4-го воздушно-десантного корпуса генерал-майора Левашова (подразделения которого все еще продолжают прибывать!), партизаны и штрафные подразделения бывших военнопленных, усиленные танковым, двумя кавалерийскими, двумя артиллерийскими и одним противотанковым полками, сформированными в Минске. В городе и ближайших населенных пунктах продолжалось формирование новых подразделений, куда направляются мобилизованные и бывшие пленные. К концу января планировалось пополнить войска первой линии еще тремя стрелковыми полками и несколькими специальными подразделениями.

Линия фронта для нас проходила по линии Вязынь – Илья – Калачи – Гайна – Логойск – Мгле – Лавля – Рудня – Волма – Иваничи – Цель – Теребуты – Буда Гресская – Харитоновка – Телядовичи – Сейловичи – Вишневец – Столбцы – Аталезь. О положении дел на Лидском и Молодечненском участках обороны я сам рассказал штабистам. Нам пока там противостояли части 403-й охранной дивизии (генерал-лейтенант Вольфганг фон Дитфурт, штаб в Вильно) и прибывающие подразделения Вермахта и СС из генерал-губернаторства. Из имеющихся данных получалось, что Минская группа войск притягивала к себе минимум три полнокровные дивизии врага и целую кучу отдельных подразделений, чем значительно ослабляла ГА «Центр».

Меня очень интересовала ситуация на Московском направлении фронта. Именно там можно было отследить наиболее крупные изменения истории. К началу января 1942 года под Москвой сложилась чрезвычайно сложная для обеих сторон обстановка. Советские войска, почти месяц ведущие активное наступление, были уже в достаточной степени измотаны, в то время как германские войска, потерпевшие серьезное поражение, оказались обескровлены и деморализованы. В условиях холодной зимы обе стороны испытывали недостаток снабжения: части Красной Армии – из-за того, что далеко оторвались от налаженных коммуникаций и продвигались по выжженной предыдущими боями территории, немцы – из-за слабости железнодорожной и автомобильной сети, к тому же постоянно подвергавшейся ударам партизан и диверсионных групп НКВД.

Наибольшего успеха в декабрьских боях достигли войска левого крыла Центрального фронта, за неполный месяц прошедшие с боями 200–300 километров. При этом действовавшие на крайнем левом фланге соединения 10-й армии генерала Голикова и 1-го гвардейского кавалерийского корпуса генерала Белова далеко опередили своих соседей и, окружив немецкий гарнизон в Сухиничах, вышли на железную дорогу Киров – Брянск. Передовые части корпуса генерала Белова находились всего в 8 километрах от Варшавского шоссе. Правее них вели наступление 50, 49 и 43-я армии. Последняя 1 января 1942 года заняла Малоярославец. В немецкой обороне наметился 40-километровый прорыв на линии Сухиничи – Бабынино. Создавалась реальная возможность выхода советских войск в район Юхнова и на Варшавское шоссе, дальнейшего продвижения к Вязьме – в тыл немецкой 4-й полевой и 4-й танковой армиям, на жизненно важные коммуникации ГА «Центр», на соединение в районе Смоленска – Вязьмы с окруженными еще осенью остатками наших частей. Силы 4-й немецкой полевой армии, действовавшей против четырех армий Центрального фронта, оказались глубоко охвачены с юга. Общая численность четырех советских армий и кавалерийского корпуса, действовавших на этом направлении, оценивалась в 250 тысяч человек. По данным разведки, им противостояло от 20 до 25 немецких пехотных дивизий примерно той же численности.