Читаем Ликвидатор. Исповедь легендарного киллера полностью

Этот случай был первым серьёзным предупреждением, после него я потребовал удалить «беспредельщиков», исчезнувших чудным образом в большинстве своем во главе с Артёмом, племянником Левона. Но, по-видимому, родственника пристроить было некуда. Его безалаберность, бесшабашность и безнаказанность зашли слишком далеко, и результат не заставил себя ждать.

В какой-то летний вечер, после очередной попойки, его приближенный выпросил у меня ПМ. Кстати, состоящий на учёте в ЧОПе, где я неофициально числился человеком, имеющим право пользоваться им в служебных целях. Артёму я отказать не мог по договорённости с его дядей, но каково же было моё удивление, когда запыхавшийся и бледный юноша из смены охраны сообщил, что «супербандит» палит в воздух во дворе гостиницы, дабы произвести впечатление на дам-с. Через 10 секунд я застал в арке его, одного, совершенно растерянного, и уже маячивших в 50 метрах милиционеров. Ствол я вырвал из оцепеневших пальцев, пинками прогнал его в сторону, противоположную своему предполагаемому движению и собрал гильзы. Всё бы ничего, от одних я ушёл, но наткнулся на других — участкового с напарником, которого хорошо знал. О сопротивлении не было и речи, через 10 минут я благополучно сидел в обезьяннике, попивая прихваченную по пути минералку. Жадность хранителей правопорядка, знакомства и деньги Левона принесли свои плоды, хоть и лишили меня злосчастного «макарыча». Появившись в гостинице с пустым желудком, вычищенными карманами и желанием разукрасить мордашку незадачливого женского угодника, я понял, что удовлетворения не получится. Буян буянил, смена отказалась работать, а я очень хотел видеть жену и сына — уже третьи сутки, как я застрял в этой берлоге, в которой, в принципе, меня многое устраивало, многое нравилось, а главное — почти всё получалось.

Официально начальником охраны комплекса я поставил одного из своих друзей детства — Виталия, достойного человека, тоже бывшего офицера. Мы понимали друг друга с полуслова, имея общие интересы, одинаковый возраст, давние отношения и почти одинаковые взгляды на жизнь. Для этой работы он имел ещё один плюс-был холост, и поэтому не вылезал с работы, почти всегда взваливая на себя многие внезапно свалившиеся хлопоты, когда меня не было. Соответственно, к моему появлению они находились в стадии разрешения, что очень экономило время и позволяло опережать многие негативные события.

Этот вечер, точнее, уже ночь, не были самыми лучшими — из-за холодной железяки, изъятой в отделении милиции, я потерял безотказного друга, не раз меня выручавшего. Разочарование от глупости и чуждого человеческого фактора подталкивали к грусти и печали. Если бы я знал, как часто буду сталкиваться с этим, и сколько звеньев и цепочек, тонко и подробно продуманных планов, всевозможных мероприятий будут обрываться, то, может быть, и встал бы на сторону репрессивной дисциплины (конечно, не имеющей ничего общего с властвующей у нас). Хотя, даже с позиции сегодняшнего дня, я считаю, что ни одна хорошо разработанная схема, как бы жестко ее ни приводили в жизнь, как бы скрупулёзно ее ни контролировали, не работает без поправок, всегда нуждается в них, а также в дополнениях или в замене авральными нюансами. Единственный выход — простота, она же надёжность, но не всегда это возможно в наш век бардака и высоких технологий. Конечно, все эти мрачные мысли перекрывала прохлада, веявшая от пока прикрытого, а потом так никогда и не начатого уголовного дела о вечерней стрельбе во дворе отеля.

Мы сели с Виталиком в полюбившемся нам уголке восточного ресторана на первом этаже ЦДТ — он ещё не закрывался, но посетителей уже не пускали, у нас же было ещё часа два времени. Как всегда, принесли крепчайший кофе и немного подогретого коньяка. Подсело «сарафанное радио» — две ночные бабочки, удивительно чуткие и проницательные барышни, Инночка и Елена, — мои глаза и уши, причем преданно державшие язык за зубами, если дело касалось моих интересов. С другом детства, а теперь соратником мы помогали им как могли, из одного сочувствия, раз и навсегда отказавшись от предложенной доли в их бизнесе. Заманчивые формы, миловидное лицо, густые волосы, томный взгляд и умение внушить непреодолимое желание себя любому мужчине ничуть не портило отсутствие передних верхних резцов, выражающееся причудной, почти незаметной шепелявинкой. Когда я слышал дежурное объяснение возможному клиенту, о том, что она может гораздо больше, приятнее оригинальнее благодаря именно этом небольшому изъяну, понимал, что до номера им не больше 15 минут. Прелесть была не в полном отсутствии двух зубов, а в нехватке их нижних половинок, казалось, словно подточенных специально.