Читаем Лихая шайка полностью

– Там Терентий был и Жердь. – Евстафий приземлился на свободный стул. – Обоих заластали. Они даже сигнала подать не успели. Знали легавые, Кеша, все знали. Неспроста явились туда. Навел их кто-то.

– Ясное дело, что навел. На съемной квартире Змея тоже вон засада образовалась. Трое ряженых полицейских сидят. Благо дело, Змей словно нутром что-то почувствовал. Съехал.

– Надо выяснить, кто капнул, и… – Боров сложил два кулака вместе и сделал характерный круговой жест, будто откручивал кому-то голову.

– Выясним, выясним, – кивнул Крестовый. – За этим дело не станет. Вычислим суку и на пику его посадим. Только… – Он помолчал. – Жаль Капочку. Ей-то уже теперь ничем не поможешь. Эх, жаль! Боюсь, вышак ей ломанется. Вздернут на висельнице за милую душу. С них станется. Кто ее брал?

– Говорят, сам Пороховицкий. – Евстафий презрительно скривился. – Петр Лазаревич.

– Вот бы кого на пику посадить. – Крестовый мечтательно прищелкнул языком. – Сколько хороших людей заарканил, сука. Но разве ж к нему подберешься?

– Можно попробовать, – вновь встрял в разговор Боров.

– Окстись, – осадил его Крестовый. – Тебе, беглому, сейчас только обер-полицмейстеров и давить! Как же! Ну ничего, – Кеша снова пригладил хохолок. – Придет время, и с Пороховицким разберемся. Найду я для него перо. Помяните мое слово, найду. Да, Капку-то жаль как! Эх!

– И это все, что ты можешь сказать? – живо подобрался Мартынов. – «Жаль Капку»! И все, Крестовый? На том дело и кончено? Так, что ли, получается?

Кеша даже не посмотрел в его сторону.

– Для Капитолины кончено. Увы!

– Как бы не так! – Мартынов решительно поднялся из-за стола. Подобрал шляпу. Взял в руки «наган». Боров выразительно покосился на его оружие. – Вытаскивать ее надо, Крестовый, пока не поздно!

На этот раз Кеша повернул голову. Евстафий тоже удивленно вскинул брови.

– Ты в своем уме? Как вытаскивать? Что мы должны делать? Острог на приступ брать прикажешь? Или департамент полиции?

На данный вопрос у Мартынова ответа не было.

– Этого я не знаю, – мрачно изрек он. – Но сидеть сложа руки мы тоже не имеем права. Надо что-то делать.

Крестовый тоже поднялся и тяжело опустил руку на плечо подельника. Его брови сурово сошлись над переносицей.

– Остынь, Мартын. Вспомни, о чем мы говорили не так давно. Если с одним из нас что-то случается, другие уходят не оглядываясь. Система – прежде всего.

– Да к черту систему! – Мартынов говорил так громко, что в их сторону уже поглядывали многие посетители трактира. И несмотря на то, что Крестовый продолжал настойчиво давить ему на плечо, садиться на прежнее место Арсений не собирался. – Есть вещи гораздо важнее твоей системы. Человек, например. И я не могу…

– Нет ничего важнее системы, – жестко, чеканя каждое слово, ответил Крестовый. – И та же Капитолина прекрасно понимает это. Если мы ринемся вытаскивать ее сейчас, то рискуем потерять много наших…

– Ну конечно, – саркастически заметил Мартынов. – Уж лучше потерять одну Капитолину.

– Да, лучше. Тогда наше общее дело не пострадает.

– Я не верю своим ушам! – Мартынов перевел взгляд на Евстафия. – А Лиза знает?

– Да, я только что от нее. Она-то мне и сказала, где вас найти.

– И каково ее мнение?

– Я не спрашивал. – Евстафий пожал большими покатыми плечами. – Но, думаю, она скажет тебе то же самое, что и Кеша.

Их спор прервало появление прыщавого юнца лет четырнадцати в надвинутой по самые глаза фуражке. Из-под головного убора паренька выбивались косматые нечесаные волосы. Игнорируя прочих завсегдатаев трактира, пацан прямехонько двинулся в направлении столика, где расположился Крестовый со своей кодлой. Уверенно потянул Кешу за рукав пальто.

– Слышь, Крестовый, базар есть.

– Чего тебе? – Кеша хмуро посмотрел на юнца.

– Может, отойдем на пару слов?

– Деловой! – хмыкнул Боров и выразительно ковырнул вилкой в зубах.

– Слушай, малец. – Крестовый, оставив попытки вразумить Мартынова, устало опустился на стул. – Не корчи из себя урку закоренелого. Если есть что сказать, трави прямо здесь. У меня от братвы секретов не имеется. Все свои.

Паренек изучающе окинул взглядом лица каждого из сидящих за столом. В завершение смерил глазами атлетическую фигуру до сих пор стоящего Мартынова. Кивнул.

– Лады. Короче, тут такое дело, Крестовый. Чужаки по Хитровки шныряют. Как стемнело, они тут все пасутся и выспрашивают.

– Что за чужаки? – Крестовый сделал небольшой глоток эля. Размял пальцами папиросу.

– Бес их знает. Одно могу сказать только – ненашенские это. Я прежде чем к тебе-то идти, порасспрашал. Так никто их прежде тут и в глаза не видывал.

– А хотят они чего?

– Про тебя шибко интересуются. Про сестер Вайсман тоже.

Юнец с тоской посмотрел на груду алых раков в глубокой тарелке по левую руку от Крестового. Кеша заметил этот взгляд и милостиво бросил пацану парочку крупных раков.

– Легавые, что ли? – без особого интереса спросил он.