Читаем Life полностью

Thief in the Night — до мастеринга эта вещь добиралась долго, прошли все сроки. Название я взял из Библии, которую перечитываю довольно часто, — там навалом очень классных фраз. Это песня про нескольких женщин, а начинается все вообще когда я был подростком. Я знал, где она живет, знал, где живет её бойфренд, и я простаивал на улице у её дома в Дартфорде. По сути, вся история оттуда и начинается. И еще она про Ронни Спектор, потом про Патти, и про Аниту тоже. Мик наложил свой вокал, но ему было не поймать эту вещь, он её не чувствовал, и результат звучал паршиво. Роб никак не мог смикшировать её с вокалом Мика, поэтому ночью мы остались доводить её до ума с Блонди и Бернардом еле на ногах стояли от усталости, ходили прикорнуть по очереди. Когда мы вернулись на следующий день, выяснилось, что пленку успели замылить. Происходили всякие грязные делишки. Под конец нам с Робом пришлось умыкнуть двух-дюймовые пленки с полумиксами Thief in the Night из студии Ocean Way, где мы её записывали, и переправить из Лос-Анджелеса на Восточное побережье, где я уже сидел у себя дома в Коннектикуте. Пьер нашел студию на северном берегу Лонг-Айленда, и там мы микшировали её так, как мне надо,— два дня и две ночи, с моим вокалом. В одну из этих ночей умер Билл Берроуз, и, чтобы почтить его наследие, я послал несколько гневных берроузовских коллажей своего изготовления— с кричащими заголовками из выстриженных буковок и с прилепленными безголовыми туловищами — Дону Уозу, продюсеру посередине сэндвича: ты, иуда, эта вещь будет сделана по-моему или никак. Люки задраить, сейчас повоюем! У меня просто была злоба на Дона. Я его обожаю, и мы сразу потом обо всем забыли, но тогда я засыпал его страшными посланиями. Когда приближаешься к концу записи, любой, кто лезет поперек того, что ты хочешь, автоматически воспринимается как враг рода человеческого. Срок сдачи был на носу, и отвезти пленки на катере из лонг-айлендского Порт-Джефферсона до Уэстпорта, ближайшей к моему дому гавани на морском побережье Коннектикута, было самым быстрым способом доставить их в Лос-Анджелес. Мы продолжили этой ночью, при свете очень классной луны, — рассекали через Лонг-Айлендский пролив и с криками и виляниями еле-еле уворачивались от ловушек для омаров. На следующий день Роб доставил пленки в Нью-Йорк, и их отправили самолетом обратно в Лос-Анджелес в мастеринговую студию, чтобы в последний момент вставить вещь в альбом.

Что беспрецедентно для роллинговских песен, на этой Пьер де Бопор числится в авторах вместе со мной и Миком.

Теперь возникала большая проблема, а именно все шло к тому, что я буду петь на альбоме три песни — событие неслыханное. А для Мика вообще неприемлемое.