Читаем Лягушка в молоке полностью

На поляне, где закончила свои дни Упрямая Веточка, всё так же торчал почерневший пень, а примятая трава, щедро политая дождём, уже поднялась, и теперь уже почти ничего не напоминало о разыгравшейся здесь трагедии.

Сняв корзину, Фрея долго и вдумчиво ползала по поляне, посадив на платье множество светло-зелёных пятен. Сначала Отшельник терпеливо ждал, потом взялся обирать с куста уцелевшие ягоды, а когда они закончились, не очень вежливо поинтересовался:

— Сколько можно ползать? Гудящий Шмель ничего не нашёл, а он искусный охотник. Мало кто умеет лучше его разбирать следы.

— Ну, подожди ещё немного, — заканючила девушка, в душе понимая справедливость замечаний спутника.

— Ты уже полдня здесь елозишь, — совсем грубо проворчал старик. — Теперь придётся три ночи провести в лесу.

Тем не менее, он уселся, скрестил ноги и, расправив своё длинное одеяние, напоминавшее нечто среднее между сарафаном и халатом, стал копаться в кожаном мешочке, висевшем на поясе.

Фрея отыскала место, где лежала Упрямая Веточка. На траве ещё сохранились чуть заметные бурые пятна. Вспомнив, как именно располагалось мёртвое тело, девушка опустилась на одно колено и, прикрыв глаза, представила себе всю картину целиком. Откуда появился Прыжок Льва, как она встала ему навстречу, как аратач её ударил.

Рухнув на землю и открыв глаза, Фрея тут же вспомнила широкие листья с какими-то неровными краями.

— Ты сдурела? — резко окликнул её Отшельник, тревожно глядя, как она ползает на четвереньках, постепенно расширяя круги.

— Ага! — вскричала девушка, пропустив слова спутника мимо ушей. Её взгляд наконец-то отыскал нужное растение, представлявшее собой пучок низко опущенных к земле листьев. Оно оказалось сильно примято и густо обсыпано берёзовыми веточками, а один край глубоко вдавлен в землю. Видимо, Прыжок Льва именно здесь протащил на волокуше тело дочери вождя, крепко упираясь пятками в рыхлую почву, от чего и получился такой глубокий отпечаток.

— Дай мне нож! — крикнула Фрея спутнику, наблюдавшему за ней с возрастающим интересом.

Подойдя ближе, он вытащил из висевших на поясе ножен короткий кинжал с широким лезвием.

После первого же погружения раздался непонятный скрежет. Разрыхлив землю, девушка стала раскапывать её руками.

— Вот! — гордо вскричала она, крепко сжимая пальцами круглый, тёмно-красный камень, покрытый множеством мелких граней, ярко вспыхивавших на солнце кровавыми отблесками.

Фрея ликующе посмотрела на старика. Тот был бледен, как снег, нижняя челюсть отвисла, обнажив остатки чёрно-жёлтых зубов. По заросшему седыми волосами горлу вверх — вниз ходил острый кадык.

Опомнившись, Отшельник неуловимым, стремительным движением вырвал у неё камешек, и затравленно озираясь, зажал его в кулаке.

— Пойдём отсюда! Быстро!

Сунув находку в свой короб, он, схватив девушку за руку, поволок за собой, едва позволив захватить корзину.

Удивлённая и испуганная столь странным поведением спутника, Фрея безропотно подчинилась, несмотря на разгоравшееся всё сильнее любопытство.

Судя по её ощущениям, они шли или, вернее, почти бежали, никак не меньше часа. Только перейдя вброд широкий ручей, Отшельник, наконец, успокоился. Сняв короб, он с наслаждением умылся. Недолго думая, девушка последовала его примеру.

— Я знаю, кто убил Упрямую Веточку.

— Ну уж точно не я, — проворчала девушка.

— Я всегда знал, что не ты, — устало улыбнулся старик.

— Почему? — не удержавшись, спросила она.

— Потому, что ты ещё никого не убивала, — наставительно сказал Отшельник. — Я давно научился замечать такие вещи.

"Ну, однажды я едва не убила себя!" — невольно вспомнила Фрея и тут же задала давно вертевшийся на языке вопрос, ответ на который сейчас интересовал её даже больше, чем имя убийцы дочери вождя.

— Что это за камень?

— Тебе лучше не знать! — отрезал Отшельник. — Вообще, забудь, что его видела и держала в руках!

— Да это же единственная возможность доказать мою невиновность! — взвилась девушка. — Меня, того и гляди, убьют за то, что я не делала, а ты предлагаешь молчать?! Ну уж нет!

— Заткнись, глупая девчонка! — рявкнул старик, тревожно озираясь. — Да если кто-нибудь увидит у тебя этот камень… Даже Совет Старейшин собирать не станут! Прибьют на месте!

— Но ты же видел, как я его нашла? — понизив голос, не сдавалась Фрея.

— И меня убьют, — тихо добавил заморец.

— Но почему? — не на шутку встревожилась девушка.

— Как тебе сказать? — он беспомощно огляделся, словно подыскивая сравнение. — Этого камня не может быть там просто потому, что… не может быть! Как снег летом или жара зимой. Это бедствие, насланное… духами.

Фрея сникла, понимая, что более ясного ответа не дождётся.

— Он оставался моей последней надеждой доказать, что я не убивала дочь Белого Пера.

— Так и есть, — буркнул старик. — Вот только я не знаю, как убедить в этом Детей Рыси и остаться в живых.

Он строго посмотрел на неё.

— Но ты должна молчать об этом камне. Не вспоминай, даже когда мы вдвоём.

Девушка кивнула.

— Даже если опять будешь стоять перед Советом Старейшин.

— Хорошо.

— Даже если все решат, что ты виновата в смерти Упрямой Веточки.