Читаем Левый берег Дона полностью

Открыв дверь, он остановился на пороге, увидев мужчину примерно своих лет, одетого в строгий черный костюм, почему-то вызывавший в памяти ассоциации не то с гробовщиками, не то с мэн ин блэк. Мужчина курил, привалившись задом к подоконнику.

- Извиняюсь, - сказал Алексей и сделал движение, как будто хочет выйти.

- Заходите, Алексей, я вас жду, - произнес мужчина и как-то невесело улыбнулся. – Я – Полонский. Тот самый.

- Чем докажете? – спросил Алексей и невольно коснулся скулы. На скуле вспух здоровенный желвак. Парень поморщился.

- Кто это вам так засветил? – поинтересовался Станислав. – Впрочем, догадываюсь… Приношу вам свои извинения.

- Мне от этого не легче.

- Верю. Надеюсь, что хороший обед – за мой счет, разумеется, - улучшит ваше настроение. Итак, на чем мы остановились? Ах, да… Какие доказательства вас удовлетворят? Паспорт показать?

- Не надо, - сказал Алексей. – Мне эти игры в бандюков уже надоели. - Он вручил Полонскому газету, свернутую в трубку. - Почитайте вот это на досуге. И больше не пытайтесь меня разыскать. Я не хочу иметь что-либо общее с вашими делишками!

- Э-э-э, погодите, - сказал Полонский и поправил очки пальцем, с недоумением глядя на газету. - А где то, что просил передать Мухин?

- В газете, - прошипел Алексей. – Прощайте!

Весь архив - тысячи страниц текста, сотни аудио- и видеокассет - в одной газете? Тут что-то не так...

Полонский развернул газету. Внутри лежал мятый конверт. Самый обыкновенный конверт.

***

В парке на площади Комсомольцев Полонский сел на скамейку - он хотел еще раз перечитать записку, обнаруженную в конверте. Два ключа, лежавшие вместе с запиской, он сунул в карман, когда вскрыл конверт.

На обычном листе бумаги для ксерокса было написано:

"Стасик,

если ты сейчас читаешь это письмо, значит, со мной что-то случилось.

Не плачь, не надо.

Я столько людей отправил к праотцам, что если кто-нибудь грохнет меня, то это по большому счету будет не убийством, а актом Высшей Силы, воздающим грешнику по заслугам...

Кстати, очень непропорционально: ведь больше одного раза меня убить нельзя...

Но я не об этом хотел с тобой поговорить.

Много лет я собирал компромат. Материалов накопилось много. Пятнадцать чемоданов Руцкого по сравнению с ним - ерунда, достойная осмеяния. Теперь они мне больше не нужны, и ты - единственный человек, который достоин им владеть.

Делай с ним, что хочешь, - публикуй, распродавай, шантажируй...

Ты - человек умный и талантливый. Ты сумеешь достойно распорядиться материалами.

Архив спрятан в квартире № 10, которая находится на улице Боткина, дом № 121, первый подъезд, четвертый этаж.

Не бойся, в этой квартире никто не живет. Я купил ее на паспорт Алексеева Юрия Павловича. Этого человека никогда не существовало в природе.

В квартире никто не живет, но соседей это не волнует. По официальной версии, уважаемый Юрий Павлович уехал за границу на заработки. Когда вернется - точно никто не знает.

Квартплата взимается через Сбербанк. Оплачено на пять лет вперед - если, конечно, коммунальщики не поднимут тарифы выше головы или если не грянет очередной экономический кризис.

Чтобы сохранить квартиру за собой, регулярно переводи на банковский счет деньги. Желательно - с запасом.

А впрочем, как знаешь...

Это уже не мое, это уже твое дело.

Прощай, друг.

P.S. Береги Карину. Она тебя очень любит."

Ну что, все предельно четко…