Читаем Левенхет: Пустой мир полностью

– Хм, – всерьёз задумался белокожий, – придумал… Выпьем за светлое будущее, где больше нет места страданиям.

Чародея устроили данные слова, поэтому он поднял свою рюмку и слегка ударился ею о рюмку белокожего. Резкий запах зернового антийского напитка ударил в нос, это сильно отличается от того, что он пробовал в Челоке и Княжестве. Даже имперская шнаховая настойка показалась ему гораздо мягче. Жидкость отправилась в рот, неприятно обжигая гортань, Клафф пытался сдержать гримасу отвращения и не закашлять, чтобы не выглядеть глупо перед противником. К его огромному удивлению белокожий испытывал тоже самое. Но всё же сила крепкого алкоголя оказалась выше двух новичков, поэтому оба они схватили ртом воздух, пытаясь охладить пострадавшее горло.

– Ну и дрянь, – откашлялся белокожий, отодвинув от себя бутылку, – и как вы только это пьёте?

– Сам не понимаю, – наконец отдышался Клафф.

После того, как неловкий момент завершился, в баре вновь воцарилось напряжение, и оба врага продолжили пилить друг друга пронзительными взглядами.

– Ну? – чародей позволил себе немного откинуться на спинку стула, – Я слушаю.

– По правде говоря, ты уже стал мне довольно близок, человек. Конечно же не настолько близок, как моя любимая свинка по имени Крикс, но всё же. Ты ведь и сам понимаешь, что рано или поздно кто-то из нас убьёт второго, ведь ты посмел попортить мне жизнь… Хочу признать, что ты достойный противник.

– Это похвала?

– Она самая. Именно поэтому я должен тебя убить, но перед этим хотелось бы узнать о тебе больше.

– Как о своём враге, ты уже знаешь обо мне достаточно.

– Тебя зовут Клафф, – произнёс его имя белокожий, – чародей этой проклятой страны людей. Ты наверняка вырос в магическом концлагере, но долгие годы вынашивал план свержения антийских генералов. Только так можно объяснить тот бунт, что вы устроили в городе. Вы начали новую революцию, чтобы вернуть свой народ к прошлому, где чародеи являлись частью общества, а правители по-прежнему набивали себе брюхо за счёт подданных.

– Для существа из другого измерения ты хорошо проинформирован о моей стране.

Белокожий широко улыбнулся.

– Всегда изучай врага, перед тем как нанести удар. Я знаю о вас многое, спасибо моей ручной свинке из Княжества… Значит, ты тоже имеешь некоторые представления о месте, которое я вынужден называть домом.

– Недостаточно. Я до сих пор не могу понять, зачем вам понадобилось уничтожать Ант.

Враг слегка усмехнулся.

– Видишь ли, Клафф, здесь всё очень неоднозначно. Кантсмерт он словно чума, всегда жаждет распространяться повсюду, оставляя за собой только смерть и разрушения. Такова суть ужасов, они созданы для того, чтобы страдать и нести страдания другим.

– А что насчёт тебя? Ты до сих пор не назвал своего имени.

– Дакгхрандо, – представился он, – арбитр Кабалы и одна из последних надежд моего народа.

– Ну и имя, даже повторить не смогу.

– Ничего удивительного. Ты интересовался, зачем мне всё это? Наверное, это обычная ненависть… Я желаю видеть ваш мир в огне, желаю гибели каждому, кто осмелился назвать себя хозяином этой земли, желаю, чтобы чума Кантсмерта настигла каждое живое существо Левенхета.

– Ради чего?

– Ради спасения, – с горечью в голосе ответил белокожий, – только так мой народ сможет вернуть то, что у него отняли… На руинах Левенхета будет построен новый мир во главе с его законными хозяевами.

– Ясно, – выслушав врага, Клафф задумчиво кивнул, – теперь я имею полное представление того, с кем нам пришлось столкнуться… Твой народ мне омерзителен, Дакгхрандо.

– Вот как?

– Только самые последние подонки, движимые обидами, что их предки вынашивали тысячи лет, будут желать смерти всем, кто не имеет к их катастрофе никакого отношения. В Междумирье живут миллионы существ, разные государства, что столетиями продолжают сменять друг друга, и никто из них не слышал ни о каком народе, страдающем в чужом измерении. Чем же они заслужили участь, что уже постигла мою страну?

– Похожий вопрос я бесконечное множество раз задавал самому себе, когда был маленьким худощавым ребёнком, одной ногой стоявшим на краю голодной смерти. Каждый день я спрашивал: чем мы заслужили такую участь? – он ненадолго замолк, окунувшись в болезненные воспоминания, – У нас нет Богов, антиец, нам не у кого просить благословления. Нам оставалось лишь нести в себе ненависть наших предков и надеяться, что однажды мы сможем вернуться к былому процветанию. И если для этого нам придётся пройтись по черепам миллионов убитых детей – значит, так тому и быть.

– Когда твой народ последний раз был в Междумирье? – поинтересовался Клафф.

– Какая разница?

– Большая… Времена изменились. Теперь у этого мира много других хозяев, которые не станут двигать свои границы или просто ждать, когда ваши чудовища доберутся до порога их дома. Вы совершили огромную ошибку, когда бросили вызов людям.

– Ха-ха-ха, – рассмеялся Дакгхрандо, – не неси чушь! Пугаешь меня своим народом? Твоя страна самая жалкая из всех, что я знаю, а вы, люди, рождены для того, чтобы быть рабами.