Читаем Летописец полностью

Актеон вошёл в хибару. Приятную темноту жилища прорезали косые солнечные лучи, прорывающиеся сквозь редкие щели в стенах старого строения. Сначала Актеон никого не заметил в глубине небольшого помещения, но когда глаза привыкли к полутьме, перед ним возник силуэт девушки в скромном сари. Расположившись на полу на небольшом потёртом коврике, она перебирала рис. Увидев незнакомца, девушка засмущалась и прикрыла нижнюю часть лица свободным концом одеяния.

– Привет! – растерянно произнёс Актеон, не ожидая встретить тут кого-либо.

– Привет! – еле слышно ответила девушка, не поднимая на него глаз.

Актеон обрадовался, хоть кто-то понимает его в этой Богом забытой деревушке.

В комнату вошёл старик и что-то быстро сказал девушке. Та, не поднимая глаз, грациозно поднялась с пола, подошла к ведру, зачерпнула плошкой воду и, подойдя к Актеону, подала ему. Только в этот момент она решилась поднять глаза и посмотреть незнакомцу в лицо.

«Какая красивая!» – подумал Актеон. На миг забыв о жажде, он стал с неподдельным интересом рассматривать юную красавицу. На вид ей было лет пятнадцать-шестнадцать. Стройное, гибкое тело, безупречный овал лица, чёрные, как смоль, волосы и большие миндалевидные глаза – несомненно, она была очень хороша.

Но тут девушка, засмущавшись, опустила глаза и выбежала из дома.

Старик кого-то позвал по имени, и в комнату вошёл худосочный человек, склонившись в почтительном поклоне. Было видно, что вошедший мужчина – слуга. Это позабавило Актеона. Ведь жилище совсем не производило впечатление богатого. Тем не менее худой мужчина явно прислуживал старику.

Выслушав указание хозяина, слуга с таким же почтительным поклоном вышел. А старик что-то сказал Актеону. Но тот только недоумённо пожал плечами. Тогда индус крикнул во второй раз, и в комнату опять вошла сбежавшая юная красотка.

– Отец говорит, что ты – наш гость и можешь жить, сколько захочешь, – заговорила девушка на ломаном английском.

– Передай отцу, что я благодарю его за спасение, – приложив руку к сердцу, сказал Актеон. В глазах девушки на мгновение вспыхнуло любопытство, но она умело скрыла его и снова опустила глаза.

– Хорошо, я передам, – кивнула она и обратилась на своём языке к старому индусу. Тот внимательно слушал дочь, кивая головой и улыбаясь. Потом что-то сказал ей в ответ и, посмотрев на Актеона, рукой пригласил присесть на диван. Это была единственную мебель во всём жилище, остальное пространство было покрыто коврами. Актеон отметил, что в скромном доме старика и его дочери очень чисто и уютно.

– Отец сказал, что ты можешь занять это место, – девушка почтительно поклонилась Актеону. – Чувствуй себя как дома. Скоро мы будем обедать, и отец просит тебя разделить с нами трапезу.

– Я с радостью принимаю приглашение твоего отца, – Актеон ответил лёгким поклоном головы девушке, потом её отцу. Старик засиял от удовольствия, гость явно ему нравился.

Актеон подошёл к дивану, намереваясь сесть, но вдруг взглянув на свою запылённую одежду и стоптанные кроссовки, спросил:

– Можно ли в вашей речке помыться и постирать вещи?

Вопрос был задан девушке, от которого она смутилась и покраснела. Затем посмотрела на отца и что-то ему сказала. Старик стал серьёзным и позвал слугу, который в очередной раз почтительно поклонился хозяину и внимательно выслушал указания. Посмотрев на Актеона, слуга кивнул в сторону дверей, давая понять, что надо выйти.

На улице Актеон зажмурился – яркое солнце ослепило его. Когда его глаза привыкли к свету, молодой человек увидел, что слуга старика терпеливо ждёт его. Дети быстро спрыгивали с веток деревьев на землю, боясь пропустить что-нибудь новое и интересное. Самые смелые обступили незнакомца, но слуга прикрикнул на них. Мальчишки и девчонки нехотя побрели восвояси. Актеон удивился тому, что детвора беспрекословно подчинилась.

Худой человек посмотрел на Актеона, кивнул в сторону, откуда доносились женские голоса, и зашагал по тропе. Актеон последовал за ним.

Голоса женщин остались далеко позади, когда перед ними показалась водная гладь. Сопровождавший его мужчина почтительно поклонился, показывая, что они достигли цели своего путешествия.

Актеон огляделся. Вокруг никого не было. Он вошёл в тень дерева, с облегчением скинул с плеч рюкзак, сел на траву и начал развязывать шнурки на кроссовках. Шнурки торчали колом от долгого скитания по дорогам в жару и в дождь, они покрылись толстым слоем грязи. Актеон попытался развязать шнурок, но тот порвался в его руках, второй тоже не выдержал времени. Худой мужчина с удивлением смотрел на то, что было когда-то шнурками. Актеон неожиданно рассмеялся, хрипло и неумело. За последние годы он забыл, как это – смеяться. Худой мужчина смотрел с недоумением теперь на самого Актеона и не понимал, почему тот смеётся.